Обережник

Данила и Ждан отнесли мешки, с наслаждением сняли мокрую одежду, завернулись в поданные одеяла.

Им сразу же принесли по огромному ковшу горячего пряного мёда. Данила отпил и понял, что счастлив. Потом им принесли блюдо с зажаренным гусём, с которого ещё стекал горячий жир.

Некоторое время Молодцов с напарником работали только челюстями, а когда всё было съедено, молча предались сладким ощущением сытости и тепла.

К этому времени их одежду уже высушили над очагом, и Данила со Жданом переоделись в своё. Деловые переговоры всё продолжались.

– Может, сходить к ним, узнать, как дела? – лениво спросил Молодцов.

– Не, тебе сказали: надо будет – позовут, – отмахнулся Ждан.

Накликал. Сверху, со второго этажа терема, где шли переговоры, донесли громкие звуки, а затем – будто что-то тяжёлое уронили на пол.

Ни секунды не раздумывая, Данила выбежал из кухни, распугав прислугу. Ждан – за ним.

План здания им был неизвестен, но наверх вела только одна лестница. По ней охранники и побежали, пока в конце пути дорогу им не перекрыл здоровый лысый детина шириной во весь проход.

Тут Данила задумался: бить – не бить.

К счастью, из комнаты вышли смеявшиеся Будимир и Воислав.

Данила чертыхнулся про себя.

– О, отроки, вы чего тут делаете? – спросил батька.

– Так это… шумели, – не зная, что сказать, ответил Молодцов.

– Шумели, значит. – Губы варяга тронула усмешка. – Ну что ж, пошумим ещё. Угостишь, Будимир, нас своим пивом?

– Угощу, конечно, век будете помнить, ни у кого такого пива ещё не пробовали.

Отроки спустились с лестницы, давая дорогу старшим. Молодцов нутром чувствовал, что его батька чем-то доволен, и сильно, и это что-то не имеет отношения к сделке. Вот только чем именно?

Был накрыт стол, и начались шумные гулянья. Будимир не поскупился на угощения. Данила пил и ел, пускай, казалось, уже и некуда. Однако посреди веселья Ждан шепнул ему на ухо:

– Что-то здесь девок нету, пошли найдём.

И Данила кивнул: а почему и нет, в самом-то деле. Правда, Молодцов не знал, куда они направлялись, и полностью доверился Ждану.

Он даже немного пожалел, когда они вышли из тёплого помещения опять в промозглую морось. Его друг уверенно топал по серой жиже, находя дорогу среди подворотен и узких улочек. Данила следовал за ним. Бешеной собаке сто вёрст не крюк, а уж для плотских утех молодые парни и не такие преграды могут преодолеть. Уличного освещения в Смоленске не предусматривалось, дорогу изредка освещали лишь отблески костров сквозь щели в заборах.