Обережник

Как о мишке, например, которого представляли сильным, но неповоротливым животным. И ещё Данила помнил, что внешность бывает обманчивой, особенно для человека, который не понимает, что такое сила и откуда она берётся.

Если взять дружину Воислава, то никто из неё не был похож на перекачанных атлетов из сериала типа «Спартак». Наоборот, все имели «плоскую» жилистую мускулатуру, некоторые – так и небольшой слой жирка на животе. Никаких бугристых бицепсов и кубиков пресса. При этом, кроме огромной силы, каждый боец Воислава, особенно опытный, имел прямо-таки поразительную скорость.

И Данила не без гордости замечал, что сам становился похожим на них: крепким, жилистым, быстрым и выносливым.

Так вот и медведь такой же природный боец, обладающий огромной силой и скоростью. Вдобавок тренируется он с рождения и если выжил, то оказался самым быстрым и самым сильным среди своих сородичей, и его предки оказались самими сильными и самыми быстрыми.

То есть на выходе мы получаем эдакого супербойца весом в триста килограмм с бронёй из шкуры и шерсти и когтями вместо перчаток.

Весь вопрос в том, что Клека, Шибриду, Воислава можно охарактеризовать подобным же образом. Их тоже тренируют с младых ногтей, они прошли сотни стычек и сражений и выжили, как и их деды и прадеды, тоже пережившие бесчисленное множество битв и оставившие потомство. Так что в схватке Клека с медведем варяг победит с вероятностью девяносто девять процентов, если у него в руке будет хотя бы нож.

А вот для Данилы эта охота будет настоящей проверкой.

Он ещё ни разу не бывал в настоящей схватке, кроме того случая на тракте перед Вышгородом. Но Воислав был прав, со страху в шоке можно многое натворить, а так, чтобы победить, но с полным контролем, осознавая, что делаешь, – так умеют только профессионалы. И Данила верил, что станет в этом мире таким же, не хуже Скорохвата или Воислава. В конце концов, в его жилах тоже течёт кровь тех, кто смог выжить и победить.

Варяг травил очередную охотничью байку, завершил её какой-то шуткой и сам же заржал так, что снег с веток осыпался, и пока эхо от его хохота ещё гуляло по лесу, тихо сообщил:

– За нами хвост.

Башкой не вертеть, – тут же свирепо одёрнул Клек. – Трое или четверо, давно крадутся.

– Как ты понял? – шёпотом спросил Данила.

– Чувствую, – туманно пояснил варяг, но тут же изложил более рациональные факты: – А ещё птиц позади нас не слышно. Когда мы стрелище назад повернули, я увидел тех, кто нас полюет.