— Я с тобой.
Устало тру лицо ладонями, а затем поднимаю на парня умоляющий взгляд.
— Я чувствую себя зайцем, которого собираются загнать, пристрелить, освежевать и подать к ужину с яблоком в заднице.
Басов поднимает руки вверх и чуть прикрывает веки:
— Клянусь, никаких яблок.
— О боже, за что мне это всё? — закатываю я глаза к небу и почти впадаю в тихую истерику, а этому персонажу всё нипочём. У него по бесконечному кругу жуёт одну и ту же пластинку.
Хочу. Надо. Дай!
— Ник, ну не могу я просто взять и опустить руки.
Не получается, — шаг ко мне, но я не отступаю, только слепо таращусь в его упрямые глаза и слушаю, как на запредельных скоростях тарахтит в груди моё обезумевшее сердце.
— Это не причина, Ярик, чтобы отравлять мне жизнь.
— Это не так! Я всё помню, Ника. Мне не привиделся твой отклик тогда, в моей квартире. Ты и я — мы не потухли. Даже углей нет, там всё, как и прежде, полыхает.
— О чём ты, Яр?
— О чувствах, Ника! Давай, скажи мне, что их нет. Ну же.
.. убей меня!
— Мне они счастья не принесли. Они — раковая опухоль. Кажется, что вылечился, но они пускают корни, показывая, какой самонадеянной дурой я когда-то была.
— При чём тут ты? Это я всё испортил, мне и исправлять. Просто позволь мне сделать это. Я же болен тобой! Неужели ты не видишь этого? Я чёртов калека! Все эти годы были никчёмные, пустые, на подсосе и с постоянными мыслями о тебе.
— Никчёмные и пустые лишь твои слова, Ярослав! Что тогда, что сейчас...
— Зачем ты так? Не всё было ложью.
Далеко не всё, Ника!
— Хватит! — отворачиваюсь я и смолкаю, до чёрных мушек перед глазами прикусывая щеку изнутри.
А затем молча, на шоках, позволяю Басову усадить меня в салон своей тачки и захлопнуть дверь, отрезая все пути отхода. Двигатель оживает и урчит. Колёса, радостно шурша по гальке, уносят нас прочь от приюта, плутают по узким улочкам и наконец-то выруливают на скоростное шоссе.
— Я думал, куда могу тебя пригласить, чтобы ты не сильно парилась в моём обществе, — спустя минут пять разорвал тишину хриплый голос Ярослава, но я даже не дёрнулась, хотя моментально натянулась, словно струна, — ресторан и кино сразу отвалились, да и банально уже всё это.
И я подумал, что, может быть, ты согласишься сходить со мной в гончарную мастерскую как-нибудь вечером?"
"— Как-нибудь вечером я работаю, — произнесла я, только чтобы потушить пыл Басова, но он, очевидно, расценил мои слова иначе.
