Небольшая, но уютная гостиная и две комнаты, в одной из которых обнаружилась спальня, а во второй что-то типа кабинета с высоким стеллажом для книг, рабочим столом и раскладным диваном. Марта всё детально мне показывала и рассказывала: как пользоваться навороченной кухней, как включать посудомойку и стиральную машину, как открывать и закрывать входную дверь, и где я могу хранить свои вещи.
— И чья это квартира? — осмелилась спросить я в конце её длиннющего монолога.
— Моя.
Вероника
В голове тут же загромыхала сирена, предупреждая меня об опасности, но я лишь стояла и смотрела на Максимовскую, понимая совершенно точно, что больше мне, действительно, идти некуда.
— Останешься? — наклонила девушка голову набок, чуть покусывая губы в ожидании моего ответа.
— Зачем ты это делаешь, Марта?
— Я тебе должна. И себе тоже, — в её голосе было столько неприкрытой грусти, что меня отчего-то прошибло и я начала с устрашающей скоростью верить в то, что Максимовская не врёт. Но я тут же мысленно врезала себе по лицу и призвала к трезвости ума.
Это Марта, а не моя закадычная подруга, чтобы верить в её бескорыстные начала.
— Я найду работу и съеду.
— Я тебя не гоню, так что...
— Мы с тобой враги, Марта, — напомнила я девушке, — ты оскорбляла меня, насмехалась, издевалась и заставила обрезать волосы. Думаешь, я так легко забуду всё это дерьмо?
А в следующее мгновение случилось то, чего я никак не ожидала увидеть. Лицо девушки покраснело, а глаза набухли от слёз.
Одна капля скользнула по щеке, вторая замерла на ресницах.
— Я вечно делаю что-то не так, Вероника. Пытаюсь заслужить любовь людей, которым никуда не упиралась. Из кожи вон лезу, чтобы быть нужной, но делаю только хуже. За этим фасадом, — и она указала себе на лицо дрожащими пальцами, — пустота. Ни стойкости, ни силы духа, ничего, за что сильным личностям, вроде тебя, было бы зацепиться. Рядом со мной уживаются только паразиты. И сейчас я просто пытаюсь сделать хоть что-то хорошее, но всё равно ничего не выходит.
Люди видят во мне, или пустышку, или монстра. И ты тоже.
— Кто в этом виноват, Марта?
— Только я. И да, я осознаю, насколько низко пала в твоих глазах, но всё равно буду рада, если ты останешься. И может быть, тогда мы сможем...
— Что?
— Ну не знаю, — пожала она плечами, — помочь друг другу?
Я в этих словесных шарадах только ещё больше запуталась. Но Марта услужливо оставила меня одну, правда, ненадолго.
