– Уильям Драммонд хочет смерти мальчика, и я уверена, что он убил Сорчу и Роберта.
– Он, конечно, поплатится за смерть нашей дочери, если то, что ты говоришь, – правда.
«Но не за то, что пытался убить малыша», – подумала Бетия и мысленно покачала головой. Боуэн и Уоллес поверили ей. Они позаботятся о ребенке, даже если родители откажутся поверить ей. К тому же хочет этого Эрик или нет, скоро он войдет в семью. Он тоже верит ей, и был на ее стороне, когда они спасались от Уильяма и его людей. Она не нуждается в поддержке родителей.
– Какая бы ни была опасность, – сказала леди Драммонд, – это не извиняет твоего поступка. Ты не подумала о позоре, который ты навлечешь на нас, изображая из себя девицу легкого поведения?
– Я уповаю на то, что этот молодой человек – единственный, с кем ты делила постель, – промолвил отец.
С минуту Бетия не могла вымолвить ни слова. Неужели единственный ее грех заставил их поверить, что, выйдя за ворота Данби, она задирала юбки перед каждым встречным? Да знали ли они ее? Пытаясь унять ноющую боль в груди, она сказала себе, что родители просто потрясены и злятся, что на самом деле они вовсе не думают о ней так.
Находить для них оправдания было ее давней уловкой, но она не сработала на этот раз, и девушка удивилась, не понимая, в чем дело.
– Я совершила ошибку, разделив ложе с сэром Эриком, но он был моим единственным мужчиной.
– Что ж, послезавтра это станет его заботой, – процедила мать. – Если ты не оставишь свои повадки блудницы, ему придется выбить их из тебя.
– Ты хоть изредка думаешь о нас или нет? – вопрошал отец. – У тебя здесь работа, так нет же, теперь ты покинешь нас, а кого мы найдем на твое место? Поверить не могу, что мы взрастили такую безответственную дочь. Но ты же всегда делала то, что хотела, не правда ли?
– Совсем не похожа на сестру, упокой Господи ее бедную душу, – добавила мать, громко сопя носом. – Нет, наша Сорча знала, как порадовать нас, мы всегда гордились ею. Но она умерла, а ты все еще здесь.
Я никогда не смогу понять, почему Господь забрал нашего ангела, оставив тебя здесь. Это…
Дальнейшие ее слова потонули в громком детском плаче. Бетия немедленно взяла малыша у Гризеллы и сжала в объятиях, похлопывая его по спине, чтобы успокоить. Когда Джеймс затих, привалившись к ее плечу и посасывая палец, Бетия заметила, что он сердито смотрит на Гризеллу. Она покосилась на служанку и отметила, что у той слишком уж невинный вид.
