Обещай мне

Отец и сын продолжали смотреть друг на друга, пока Кит вдруг не заметил, ни с того ни с сего, своим обычным доверчивым и простодушным тоном:

– Signore, у вас глаза точно такого же цвета, как и у меня.

Все тело Уорбека странно напряглось и окаменело, потом так же быстро расслабилось. Филиппа сделала вид, что любуется видом, а сама с замиранием сердца наблюдала за отцом и сыном.

– Ты находишь? – спросил Уорбек осторожно.

– Угу, – кивнул мальчик немного виновато. – Видите ли, signore, я еще ни разу не встречал таких же глаз, как у меня… то есть до того, как познакомился с вами.

В Венеции глаза у всех карие, у бабушки – светло-зеленые, а у мамы – фиолетовые. Я хотел спросить… вам нравится, что у вас глаза серые?

– Я… кхм, кхм… по правде сказать, я никогда не задумывался об этом. У моего отца и брата были точно такие же, так что, наверное, я привык. Ты заметил, что у леди Августы, моей бабушки, они тоже серые и очень ясные? – Уорбек помолчал, потом продолжал: – А почему ты спросил? Тебе не нравятся серые глаза?

– Это как-то непривычно, – ответил мальчик смущенно.

 – В Венеции мне не очень-то нравилось отличаться от всех остальных… но теперь мне больше не кажется, что глаза у меня некрасивые.

– Не говори так, милый! – воскликнула Филиппа, и сердце ее сжалось при мысли о тайных муках сына. – Боже мой, Кит, да у тебя самые прекрасные глаза на свете!

Уорбек сел одним рывком, и она слишком поздно сообразила, что, стремясь утешить сына, отчасти выдала свои чувства к бывшему мужу.

Несколько бесконечных секунд на его лице оставалось выражение безмерного удивления, потом хищные черты сложились в обычную маску безразличия. Он снова опустился на спину и заложил руки за голову.

Ничего не замечая, Кит с доверчивой бесцеремонностью перелез через него, поднялся и подошел к Филиппе.

– Нет, мамочка, это у тебя самые прекрасные глаза на свете!

– Советую повторять это почаще, а не то я перестану на ночь рассказывать тебе сказки.

 – И Филиппа легонько пощекотала его.

– Signore, signore! На помощь! Она защекочет меня до смерти!

Не медля ни секунды, Уорбек подхватил его и поднял над головой.

– Лучшая защита – это нападение, Кит.

– В атаку! – завопил мальчик во всю силу легких. – – Давайте вместе ее защекочем!

– Попробуйте сначала поймать меня! – воскликнула Филиппа, пускаясь наутек по лужайке, поросшей густой травой и цветами.