Ребята работали спокойно и профессионально, сразу же, видимо, применив средства маскировки.
Майор повернулся к тем, кто остался с ним:
– Ну что, гвардейцы, приуныли? Курить, наверное, хочется?
Власенко признался:
– Если честно, сил нет!
– Да? Ну, давайте в балку по одному и смотрите, дым по земле и за собой никаких окурков с пеплом.
Прапорщик, так яростно перед выходом атаковавший медсестру медсанбата, первым пополз к склону небольшого оврага. Гончаров остановил его:
– Влас?
Тот обернулся:
– Да?
– С сестричкой попрощаться успел? Я как-то забыл на базе тебя об этом спросить!
Снайпер махнул рукой:
– Не сыпь мне соль на сахар, командир! И так сердце кровью обливается.
– И чего это оно обливается? Вернешься, продолжишь роман!
– Ага! Во-первых, еще надо вернуться, но это ладно, пустяки, вернемся, куда мы денемся, а во-вторых, как представлю, что ее сейчас этот зачуханный начпрод под простыней лапает, выть от бессилия хочется. Удавил бы гниду.
Командир группы улыбнулся:
– Так он вроде раньше тебя к Марине пристроился.
И это ты пытаешься отбить у него даму. Какие ж к начпроду претензии?
– Да пошел он, фуцин драный! Но гадом буду, вернусь, узнаю, что капитан нырял в мое отсутствие – жало расшибу.
– Если дама не захочет, попросту делать у нее будет нечего! Так что ты уж лучше уповай на то, что завладел ее сердцем. А то, что получается, и ты по вкусу, и капитан?"
"– Да когда ей было ко мне прильнуть? Если бы дня два-три еще побыть на базе, тогда другой базар, а так? Но останься мы сегодня ночью в гарнизоне, я б ее так оприходовал, что она не то что о капитане, о любом генерале забыла бы.
Но... облом! Вот у меня всегда так! На любовном, я имею в виду, фронте. Только что-то начинает складываться, херак вводная или еще какая напасть. Одно утешение, в Подмосковье к проституткам можно выбраться. Вот там безо всяких проблем. Только «гранды» отстегивай.
– Ладно, Казанова, ползи, куда полз, другие тоже курить хотят!
– Так сам же остановил меня!
– Ползи!
Перекурив, бойцы вновь заняли место возле командира.
Гончаров приказал отделению выдвинуться правее, к месту, где арык за крайним домом первой улочки делал поворот, тем самым ограничивая аул с запада. Так, имея перед собой проход к усадьбе Камалова и хорошо видя массивные ворота, Гончаров решил оборудовать скрытную позицию наблюдения. Прапорщики приступили к выполнению задания.
Тем временем рассвело. И тут же пошли доклады бойцов первого отделения.
