Обман чувств

 — И мне очень не хотелось бы, чтобы ты, например, улетела в Нью-Йорк, пока я нахожусь в Гонконге.

Она едва заметно улыбнулась.

— Зато представляешь, Рис, какими радостными будут наши встречи!

С самой первой минуты, как он увидел ее в Париже, Рис мечтал лишь о том, чтобы обладать этой женщиной, но теперь, когда узнал, насколько наивна и неопытна Диана в любви, он принял решение ждать — каких бы мучений это ему ни стоило! — до тех пор, пока они не поженятся. Он хотел, чтобы у них все было по высшему разряду, ведь они начинают новую жизнь.

— Представляю, — мрачно заметил он. — Но мне этого недостаточно, — он покачал головой. — Диана, я хочу, чтобы ты всегда была рядом со мной… — Она заставила его замолчать, приложив палец к его губам. Рис не сводил с нее глаз.

— Видишь ли, Рис, я очень люблю свою работу, — решительно заговорила Диана. — Я просто обожаю ее. Мне ведь пришлось немало потрудиться, чтобы достичь определенного уровня. Не представляю себе, как я буду сидеть в отелях, один роскошнее другого, и ждать, когда ты выкроишь для меня минутку внимания, оторвавшись от своих дел…

— Этого не будет! — возразил он.

— Будет, Рис, — с мягкой настойчивостью кивнула она. Золотистые волосы упали на ее обнаженные плечи и высокую грудь, заструились по темно-зеленому открытому платью без бретелек. — Все будет именно так.

— Нет, черт возьми. — Он забрал у нее стакан и поставил его вместе со своим на стоявший у него за спиной кофейный столик. — Я просто не допущу этого! Я хочу быть всегда с тобой, Диана, вместо того чтобы проводить время в кабинетах и офисах… И перестань, пожалуйста, надо мной смеяться! — Он сердито нахмурился, когда она, недоверчиво покачав головой, негромко засмеялась.

— Кажется, это первая ссора молодоженов, Рис? — насмешливо спросила она.

Господи, похоже, так оно и есть! И он знал, в чем причина. Видимо, в Диане его, кроме всего прочего, привлекает то, что она — личность, совершенно независимая в своих суждениях и поступках, но, с другой стороны, именно это и чертовски бесит его!

Он грустно улыбнулся:

— И я уверен, не последняя!

Диана вдруг посерьезнела, потемневшие глаза стали почти одного цвета с платьем.

— Терпеть не могу ссор, Рис, — мрачно проговорила она.

— Но при мысли о примирении, Диана, я просто сам не свой от счастья!

Ей стало страшно. Стоит Рису обнять ее, как она перестает владеть собой.

Его жадные губы прильнули к ее губам, кончик языка проник между ними и, будя в ней чувственность, заметался вдоль ровного ряда ее зубов.