Чтобы у него даже тени беспокойства не возникло. Это — одно. Другое. Славин, я тебя попрошу, немедленно установи данные Кузьмы Данилыча. Кто он, что он, откуда.
— И побыстрее. Мне придется сегодня ехать в Одессу.
— Опять? — удивленно покачал головой Славин.
Я молча посмотрел на него. Мне не хватало только славинских комментариев. Но надо отдать Славину справедливость: он все-таки прикусил язык.
— Вернусь завтра к ночи. Разобьем машину, но приедем. Во что бы то ни стало.
50. Лисюк откладывает решение
Всю дорогу до Одессы мне было не по себе.
Я корил себя за то, что исчезаю в такое критическое время. Может, надо было связаться с Нилиным или с самим Лисюком, объяснить, доказать, что уезжать мне сейчас невозможно? Такой момент! Надо действовать в пяти, нет, даже в шести направлениях одновременно. Самое свежее направление — официант Кузьма Данилыч. Интригующее направление, если принять во внимание установочные сведения о Кузьме Даниловиче, которые раздобыл Славин. У этого официанта была за плечами, как и говорил Боря Свиридов, богатая приключениями жизнь.
В молодости он перепробовал множество профессий, был мальчиком в трактире и даже статистом в какой-то бродячей труппе. Незадолго до мировой войны понесло его из Малороссии на Дальний Восток. Там, видать, завелись у него деньжата, он открыл матросский кабачок во Владивостоке. Потом свой кабачок почему-то бросил и устроился буфетчиком на торговое судно, которое ходило из Владивостока и в Нагасаки, и в Шанхай, и в Порт-Артур, и в Гонконг.
После революции и в годы нэпа служил официантом во Владивостоке, а потом опять позвало море — пять лет проплавал буфетчиком на судах, регулярно бывал в Японии, в Китае, в Сингапуре. Два года назад потянуло на родину. Бросил все и вернулся в Нижнелиманск. С охотой его взяли служить в ресторан «Интуриста»: опытный работник, неплохо владеет несколькими языками, в том числе японским, умеет с капризными иностранцами обращаться.
Ну, разве не занимательная фигура? И, что примечательно, снова маячит Япония, японцы… Конечно, может статься, что это — внешнее совпадение… И все-таки… Не много ли совпадений? Если вспомнить те сведения, которые пришли из Москвы в самом начале нашей командировки — об интересе японцев к Нижнелиманску, если иметь в виду, что этот интерес далеко не безоснователен — лодки-то малютки куда идут?.
. И я снова подумал о дружбе Грюна с Митани… Если все это не упускать из виду, то… Кто знает?..
