Обмани, но люби

Мне немного страшно. Вдруг она узнает, что я живу на вашей вилле?

– Хорошо, если хотите, я отвезу вас к вашей машине.

– Подождите меня в холле, я только скажу экономке, что отлучусь.

Белла кивнула, и Леон пошел разыскивать Симону. На обратном пути, проходя через гостиную, Леон взял фотографию, которую рассматривала Белла. На ней была Люсиана и его отец в день их свадьбы, они стояли на крыльце церкви. Тогда, в двадцатилетием возрасте, она и правда была очень похожа на Беллу.

Вернувшись, он увидел, что Белла рассматривает картину, на которой изображена вся семья Леона.

– Рядом с матерью мой брат Дант.

– Вам здесь лет шесть. А сколько Данту?

– Пять. У нас разница в четырнадцать месяцев.

Белла повернулась к нему:

– Какая у вас красивая семья. Вы похожи на обоих родителей.

– Гены не лгут, так?

– Да. А у вашей мамы удивительная улыбка.

– Она во всех отношениях была удивительной женщиной.

– Какой вы счастливый, что у вас была такая мать. Как ее звали?

– Регина Эмилия. Из дома де ла Ровере.

– Она была знатного рода?

– Да. – Леон открыл дверь и пропустил Беллу вперед. Усадив ее в машину, он протянул ей фотографию. – Я хочу, чтобы вы взяли ее. Вы более чем кто-либо имеете на нее право.

К ее глазам подступили слезы.

– У нас еще десяток подобных фотографий. – Леон захлопнул дверцу и, обойдя машину, сел за руль.

Белла не могла поверить в произошедшее. Она прижимала фотографию к груди, изумляясь тому, что ее поиски завершились. И это благодаря Леону Малатесте, самому замечательному из всех людей, которых она встречала.

Пока он по-отечески обнимал ее, утешал, как ребенка, в Белле, словно пламя, вспыхнули чувства совсем иного рода. Желание ощутить вкус его губ и дать волю своей страсти нахлынуло с такой силой, что она поняла – дело плохо. Ведь он ее сводный брат!

Когда подруги болтали о влечении, Белла помалкивала, потому что никогда не испытывала ничего подобного.

– С вами все в порядке, Белла?

– Да. Я просто все никак не приду в себя, – выговорила она.

– И это неудивительно.

Если бы только Леон узнал, о чем она думает, он немедленно отвез бы ее в аэропорт. Он вчера уже был готов выдворить ее из города, когда принял за ушлую журналистку, которая пытается выведать что-нибудь сенсационное о его семье.