Обмани, но люби

 – Женившись на Бенедетте, Леон поступил вопреки замыслам отца, мечтавшего, чтобы сын заключил брак с женщиной их круга.

Леон не хотел ранить отца, он давно любил Бенедетту и отказался учитывать его пожелания в вопросе собственного брака.

– Я пришел, чтобы обсудить одну очень деликатную тему. – Леон закрыл дверь кабинета, чтобы никто не смог их побеспокоить. – Поскольку ты только что благополучно прошел свое ежегодное медицинское обследование, я полагаю, ты с этим справишься.

Граф нахмурил темные брови:

– Леонардо, ты заставляешь меня волноваться.

– Я сам очень взволнован. – Он пристально посмотрел на отца. – Это касается Люсианы.

– Ты намекаешь, что она скрыла от меня результаты своего обследования? – Тревога в его голосе лишний раз подтвердила, как сильно отец привязан к своей жене.

– Ты же сам сказал мне, что она, как и ты, вполне здорова. Я говорю сейчас об одной тайне, которую она, возможно, скрывала от тебя до вашей свадьбы. – Леон никогда не любил ходить вокруг да около.

Его слова заставили отца вскочить с кресла.

Их взгляды скрестились.

Леон едва не выронил чашку. Этот вопрос свидетельствовал, что отцу известно все о ребенке Люсианы, и давно. Он поставил чашку на буфет:

– Если мы говорим о ее внебрачном ребенке, то да.

Угольно-серые глаза Саллисто потемнели еще больше, их словно заволокло туманом.

– Как ты узнал? – Его голос дрогнул.

Леон набрал в грудь воздуха, чтобы немного успокоиться.

– Я скажу тебе, но сначала ответь на один вопрос. Она отказалась от ребенка по собственному желанию, или ей пришлось? Прежде чем мы продолжим разговор, я должен знать всю правду.

Лицо графа выразило глубокую скорбь.

– Ее изнасиловали? – Вопрос повис в воздухе, как высоковольтный провод.

Отец глубоко вздохнул:

– И тебе известно, кто был отцом ребенка?

На его щеке дернулась мышца.

– Да. Но если ты полагаешь, что это я, то ты ошибаешься.

– Мне это даже в голову не пришло, – искренне ответил Леон. – Я знаю, что ты человек порядочный.

– Спасибо. – Граф кашлянул.

 – Отвечаю на первый твой вопрос… Люсиана дорожила своей дочуркой больше собственной жизни. И дня не проходит, чтобы она не вспоминала ее, не тосковала по ней. Она не говорит об этом, но я вижу, как она грустит, как плачет украдкой, когда думает, что я не замечаю.

Эти слова переполнили Леон радостью за Беллу, казалось, с плеч спала тяжкая ноша.

– Как же вышло, что она отдала ее?

– Тебе придется выслушать историю с самого начала.

– Я внимательно слушаю.