Обмани, но люби

– Знаю, очень сожалею, что ей пришлось столько ждать, и твердо намерен исправить свою ошибку.

Как ни печально, Леон ни разу не пригласил отца и Люсиану вдвоем на свою виллу. Все эти годы он продолжал прохладно относиться к мачехе. Если бы только он раньше знал ее историю! В прежние годы это не повлияло бы на негативное отношение к повторной женитьбе отца, но Леон, по крайней мере, не вынес бы ей поспешный приговор из-за ошибочных предположений и слухов, достигавших ушей подростка.

– Ничего, Леонардо, я же знаю, кем была для вас ваша мать, и все понимаю.

А насчет Люсианы… Она очень любит Кончитту и обрадуется возможности пообщаться с ней у тебя дома.

Леон и сам в этом не сомневался.

– Приходите к семи. Кончитту как раз покормят к этому времени, – ответил он.

Отец проводил сына до двери, не в силах сдержать свою радость. Он даже неловко обнял Леона, чего не делал уже много лет.

Выйдя из офиса, Леон перезвонил Симоне и предупредил, что планы на вечер поменялись. Потом поехал в отель. Леон поблагодарил Риггио и отпустил его.

Заходя в внутрь, он вдруг осознал, что впервые за долгое время у него хорошее настроение. Леон нажал кнопку, оповещая о своем появлении. Роза не заставила себя ждать:

– Простите, что сразу не представился. Я Леонардо ди Малатеста.

Глаза дамы широко раскрылись – имя было ей безусловно знакомо.

– Мне надо повидать синьорину Петерсон, вопрос жизни и смерти, – продолжал Леон. – Я знаю, она сейчас здесь. Попросите ее спуститься в холл, пожалуйста. – И он выложил на стол несколько купюр, возмещая доставленные хлопоты.

После мимолетного колебания женщина кивнула и скрылась в глубине холла. Леону не пришлось ждать долго – Белла вышла почти сразу. Глаза у нее опухли от слез. В этом состоянии она даже не особенно удивилась его приходу.

– Леон? – Она прерывисто вздохнула. – Что вы здесь делаете? Мы же уже попрощались.

Кажется, она обрадовалась ему, хотя, возможно, это было всего лишь фантазией.

– Да, но с тех пор кое-что случилось. Давайте зайдем к вам, и я все расскажу.

Если у нее и мелькнуло желание возразить, то оно тут же пропало. Леон, поблагодарив Розу, последовал за дочерью Люсианы наверх, в маленькую комнатку, которую она занимала. На ней было то же самое платье, в котором она ходила днем, но теперь оно выглядело сильно помятым.

Закрыв за собой дверь, Леон увидел смятую постель, где она, наверное, лежала и плакала. Белле, конечно, была непереносима мысль, что она уедет из Италии, так и не повидав мать.