Обмани, но люби

– Ты уже сейчас любишь поплескаться, да, милая? Это хорошо, ведь у тебя здесь и бассейн, и море в двух шагах, – говорила Белла.

Леон с улыбкой налил немного шампуня на головку девочки. Белла вспенила шампунь и принялась массировать.

– Тебе приятно, маленькая кареглазая Сусанна?

– Что это значит? – поинтересовался Леон – он прекрасно владел английским, но кое-какие слова, видимо, ему были незнакомы.

– Это маленький цветочек, желтый, с коричневой серединой, которая такого же цвета, как ее глаза.

– А я когда впервые их увидел, то подумал о маковой сердцевине.

– Твое знание итальянского впечатляет. Будем надеяться, что это случится не завтра.

– Ну, не знаю. Дети растут очень быстро. – Белла поцеловала девочку. – Тебе приятно, дорогая? Мне очень. – Белле в самом деле никогда еще не было так хорошо, как в эти мгновения.

– Тут мы с тобой единодушны, – произнес Леон.

Купание закончилось, Белла закутала ребенка в вафельное полотенце, а Леон достал спальный комбинезон.

– Вот бутылка. – Он протянул ее Белле.

– Ты же знаешь, что да.

Белла села в кресло-качалку с девочкой на руках и начала напевать колыбельную. Кончитта после всех развлечений дня быстро задремала. Бутылочка не успела опустеть, как она смежила ресницы. Они были длинными, как у Леона. Скоро девочка уже спала глубоким сном.

– Теперь, раз мы предоставлены сами себе, я хочу пригласить тебя на морскую прогулку на катере, – произнес Леон, когда они тихо покинули детскую. – Ты должна увидеть берег с моря.

– Я тоже. – Белла в воскресенье, как и задумала, улетит в Нью-Йорк, и Леону не удастся ей помешать.

– Прекрасно, значит, обменяемся мнениями, – произнес он тоном, не допускающим возражений. – Давай встретимся в патио минут через двадцать. Захвати накидку, ночью на воде бывает прохладно.

Кивнув, Белла спустилась в свою спальню. Она не представляла, какой выход придумал Леон, и не хотела его слушать, потому что вопрос касался душевного спокойствия Данта.

– Синьорина! – На пороге стояла Клара. – Графиня Малатеста звонила, пока вы купали девочку. Она просила вас перезвонить. – Горничная протянула ей листок бумаги с записанным в нем телефоном.

Она ушла, и Белла, достав из сумки мобильный, позвонила матери.

– Арабелла? – ответила Люсиана.