– Все это принадлежало моей бабушке, и я так по ней скучаю, что просто обязан был сохранить его из сентиментальности.
– Так мило, – отвечает женский голос.
– Да. – Следует тяжелый вздох. – Она очень много для меня значила.
Коди. Этот голос принадлежит Коди!
Глаза Исайи расширяются, он встает с кровати.
– Я убью его на хрен.
Он направляется к двери, но тут же разворачивается и подбегает ко мне, чтобы быстро поцеловать в губы.
– Не уходи. – Он протягивает руки, словно хочет, чтобы все оставалось как есть. – Не уходи, ладно?"
"Я не могу удержаться от смеха, когда Исайя вылетает из спальни и плотно закрывает за собой дверь, оставляя меня почти обнаженной внутри.
Слышны голоса. Много голосов. Три, а может быть, четыре человека. Похоже, что один из них – Трэвис. И у последнего легкий бостонский акцент.
Пользуясь случаем, я привожу себя в порядок, надеваю футболку и легинсы, потому что знаю, о чем собирался попросить меня Исайя. Он хочет, чтобы я осталась на ночь. Но мне нужно немного побыть одной. Мне нужно время, чтобы осознать произошедшее как практику, а не как реальность.
В гостиной звучит несколько темпераментных фраз. Череда «пошел ты» сменяется пьяным смехом.
– Подожди, пожалуйста! Не уходи! – умоляет Коди. – Мы можем пойти в мою настоящую квартиру!
Хлопает дверь. Затем она открывается снова, и Исайя кричит:
– Кстати, его бабушка жива и здорова! Она живет в Джерси!
Я выглядываю из спальни и вижу, что Исайя выглядывает в коридор, а эти слова явно адресованы девушке, которую привел сюда Коди.
– Ну, это был провал. – Коди вскидывает руки. – Можно, хотя бы я один здесь останусь? Боже мой, ты приготовил спагетти! Вот почему мы лучшие друзья.
Коди, Трэвис и Рио – один из защитников команды НХЛ «Чикаго Рапторс» – стоят возле тарелки с остатками макарон.
– Вы можете вызвать такси и забрать спагетти с собой, но вам всем придется уйти.
Рио в замешательстве оборачивается с набитым ртом:
– Почему?
– А ты, черт возьми, откуда взялся?
– Столкнулся с ребятами в баре. Увидел, как Коди пытается уговорить какую-то девушку пойти с ним домой.
И мне захотелось услышать, что он собирается сказать, чтобы объяснить эти ужасные плакаты. У тебя еще висит тот, что я купил для ванной? «Привет, сладкие щечки!» – Он краем глаза замечает меня. – Ой. Я имел в виду… это на плакате написано. Я уверен, что у тебя тоже сладкие щечки, Кеннеди, но имел в виду табличку.
Исайя качает головой, слушая, как его пьяный друг несет чушь.
– Закрой свой гребаный рот.
