Его пальцы отчаянно пытаются убрать все следы того, что сейчас произошло. – Мне не следовало разговаривать с тобой так.
– Я говорю правду.
Он замолкает, как будто не может поверить. Его обеспокоенные карие глаза встречаются с моими. Мой заботливый муж вернулся!
– Мне понравилось, – заверяю я его.
Его улыбка становится самодовольной, и он притягивает меня к себе для обжигающего поцелуя. Это одновременно и отчаяние, и извинение. Исайя встает, привлекая меня к себе, прижимая к раковине, и протягивает руку за мою спину, чтобы намочить полотенце.
Он не торопится, нежно проводит по моему лицу, под глазами, по губам.
– Я норм, Исайя.
– Ты не просто норм, Кенни. Ты само совершенство.
– Все еще злишься?
Он поднимает меня, обхватив руками за бедра и позволяя обнять его ногами за талию, и несет к дивану в дальнем конце туалета. Я не знаю, сидел ли на нем кто-нибудь до этого, поскольку я – одна из двух человек, которые когда-либо сюда заходили. Если только Исайя не проводит свободное время, отдыхая на диване в женском туалете…
Он садится сам и усаживает меня к себе на колени, так что мое платье задирается на бедрах.
Его голос звучит тихо и низко:
– Ты пошла за мной, когда я просил тебя этого не делать.
– Иногда мне не нравится тебя слушаться.
Его глаза искрятся озорством.
– А иногда ты слушаешься и повинуешься чертовски хорошо. – Я издаю смешок, когда он откидывает мои волосы назад, обхватывая большими руками мой подбородок. – Но почему? – спрашивает он.
– Я не боюсь того, что ты мужчина.
Если у тебя выдался плохой день или неудачный момент, это не уменьшит мое желание быть рядом. В моей жизни достаточно сложностей, но ты все равно возвращаешься.
– Я буду возвращаться снова и снова, если речь идет о тебе.
– Тогда почему ты не веришь, что я сделаю то же для тебя? – спрашиваю я.
Губы Исайи приоткрываются, глаза скользят по мне, но ему нечего возразить. Вместо этого он притягивает меня к себе и целует. Сначала нежно, но поцелуй быстро становится жарким, неистовым и отчаянным.
У меня вырывается стон, когда Исайя обнимает меня за талию, а другой рукой прижимает мои бедра к своим. У него снова встает.
– Уже? – спрашиваю я, продолжая покачиваться на его коленях.
– Благодаря тебе, женушка, я хожу с постоянным стояком. – Одно быстрое движение – и я оказываюсь на спине, а Исайя – сверху, у меня между ног. – Но сейчас меня больше волнует вот это – его ладонь лежит на моем животе, а большой палец медленно проводит по клитору.
