Интересно, случаются ли в Северной Калифорнии такие внезапные летние грозы, как эта?
Это одна из причин, по которой я сегодня не поехал на семейный ужин. Я знал, что надвигается гроза, но еще отчетливее понимал, что не в состоянии игнорировать отсутствие Кеннеди. Достаточно тяжело засыпать каждую ночь, зная, что ее нет в моей постели, не говоря уже о том, чтобы сидеть на ужине, который наконец-то стал полноценным, потому что она была рядом.
Прошло две ночи с тех пор, как я видел ее в последний раз. Прошло две ночи с тех пор, как я вообще получил от нее весточку.
Вчера у нас весь день был выходной, так что у нас не было возможности встретиться в спортивном зале. А сегодня на утренней воскресной тренировке она сказалась больной."
"Кеннеди ни разу не отпрашивалась с работы по болезни. И это пугает меня до чертиков, потому что я знаю: все не так. Она в своей квартире, пакует чемоданы, а я просто сижу и жду, когда узнаю, еду ли с ней.
Я знаю, что сам посоветовал ей взять выходной, но не ожидал, что от нее не будет вестей целых два дня.
И чем больше времени мы не видимся, тем сильнее я опасаюсь, что решение, к которому она придет, не в мою пользу.
Я испытывал тошноту, подготавливая документы на развод, но это ничто по сравнению с тем, что я почувствую, если Кеннеди их подпишет. Да, мне хочется, чтобы у нее был выбор. Но я всем сердцем желаю, чтобы она выбрала меня.
Окна дребезжат от очередного раската грома, и я собираю все свои силы, чтобы не потянуться к телефону и не позвонить ей.
Не набрать Каю. Не позвонить всем своим друзьям.
Но я попросил брата не проверять меня сегодня вечером. Мне нужно бросить вызов самому себе, и я не стану лучше, если так и буду позволять кому-то из нас предаваться тревожным мыслям.
Но, черт побери, как же это сложно – сидеть сложа руки и просто надеяться, что Кеннеди сегодня вечером не окажется за рулем!
Я хватаю телефон, но не для того, чтобы кому-то позвонить. Вместо этого я просматриваю фотографии, надеясь отвлечься.
Там есть фото Макса, дурацкие снимки моих товарищей по команде в клубе и несметное количество ее фотографий. Иногда Кеннеди называет меня преследователем, и, черт возьми, так оно и есть.
Первая фотография недавняя: она лежит у меня на груди в постели и улыбается в камеру, когда я делаю фото. На другом снимке ест пасту, которую я приготовил, и спагетти свисает у нее изо рта. Одна из моих любимых фотографий – это Кеннеди и Миллер, обнимающие друг друга.
