Войти? Выйти?
Исайя выходит под песню, когда готов к матчу.
Он действительно хорошо смотрится в своей форме.
Я никогда не скажу ему об этом.
Мэрайя Кэри.
Сегодня вечером Исайя пел песню Мэрайи Кэри.
Он был очень хорош.
– Obsessed.
Возможно, это я – одержимая. Почему я продолжаю о нем думать?
Исайя смеется.
Я смеюсь, потому что он смеется.
Мои новые кеды такие милые! Я смотрю на свои ноги, когда делаю один, а затем другой шаг по красной дорожке.
Исайя выглядит счастливым.
Я чувствую себя счастливой.
– Да.
Я действительно счастлива.
Моя голова отяжелела, и я прислонила ее к груди Исайи. Его рука на моей талии кажется тяжелой.
На улице снова холодно.
Я прижимаюсь к нему лицом. Солнце яркое.
Исайя яркий.
Желтый.
Держу пари, его любимый цвет – желтый.
Желтый – такое странное слово!
Вспышка фотоаппарата желтая.
– Я наконец-то женился на девушке, которой был одержим много лет.
Одержим – тоже странное слово.
Я одержима тем, какая мягкая эта подушка.
Мои новые кеды такие милые!
Исайя тоже такой милый.
Я никогда ему этого не скажу.
5
Исайя
Звонок, доносящийся с другого конца комнаты, ввинчивается прямо в раскалывающуюся голову. Это самый громкий звук, который я когда-либо слышал.
Кажется, это телефон. Не знаю, чей он, но лучше бы, черт возьми, его выключили, чтобы я мог поспать."
"Но никто его не выключает. Он продолжает трезвонить, пока вызов наконец не переключается на автоответчик, но затем звонят опять, и все повторяется.
Кто-то рядом со мной ворчит, выражая раздражение, которое испытываю и я.
Резко открываю глаза. Кто-то у меня под боком… В моей кровати.
Я медленно поворачиваюсь в ту сторону и вижу лежащую на животе женщину. Какого черта?
Нет, нет, нет. Сожаление скручивает меня изнутри.
Восемь месяцев ожидания…
Кеннеди.
Черт возьми! Я узнаю́ эти волосы, скрывающие лежащую рядом со мной женщину.
Кеннеди Кей Оберн.
Кеннеди в моей постели.
Когда телефон звонит снова, она рычит, закрывая уши ладонями, демонстрируя свою левую руку… и безымянный палец на левой руке.
Воспоминания о прошлой ночи всплывают в моей затуманенной памяти…
Она тянет меня в часовню.
Я спрашиваю ее бесчисленное количество раз, уверена ли она в том, что делает.
Она была уверена. Это то, чего она хотела.
Я услышал только слова о том, что Кеннеди хочет выйти за меня замуж.
Моим последним воспоминанием было то, что в этот раз худший день в году стал лучшим временем в моей жизни.
