Обманутая невеста

Изучив это фото, я сделал вывод, что кто бы не заснял нас, он мог сделать это только через окно, а значит, мы вряд ли узнаем у кого хватило коварства для такого грязного приема. А ведь я действительно не могу придумать, зачем бы кому-то расстраивать свадьбу Саида и этой пигалицы. Все ведь были согласны на этот брак, кроме меня, но мое мнение брата едва ли волновало.

– Вот и я не понимаю, – отвечаю, убирая телефон в карман. – Но Саид увидел это фото и сделал неправильные выводы, а я не нашел его вовремя, чтобы вернуть и заставить жениться.

– Заставить жениться? – кричит Лила, отшатываясь от меня. – Это вы все подстроили! Я слышала, как ваша жена говорила об этом в коридоре! А теперь вы пытаетесь заставить меня поверить, что это какое-то недоразумение из-за фото, которое никто, кроме вас не мог сделать?!

– Я не имею никакого отношения к этому фото и я совершенно точно не собирался брать в жены такую неуклюжую и невоспитанную девицу, как ты! – снова теряя терпение рявкаю я.

– Оскорблениями ты не заставишь меня поверить в свою честность, проклятый обманщик! – снова переходя на ты кричит Далила.

– Мне плевать, во что ты веришь, упрямая идиотка! Открой глаза, разве я похож на счастливого новобрачного? Будь это все моим планом, ты бы уже была в постели с раздвинутыми ногами!

Сразу после этого несдержанного высказывания, мне в ответ прилетает звонкая пощечина и как бы зол я не был, признаю, заслуженно, поэтому ничего не предпринимаю. Далила, уже вся багровая, отступает на шаг, прижимая к груди руку, которой ударила меня, с таким видом, словно ждет сдачи.

– В-вы заслужили это… – заикаясь от страха, бормочет она. – Не смейте со мной так разговаривать!

– Ты уже определись как ко мне обращаться – на ты или на вы, – усмехаюсь я.

Меня, неожиданно, отпускает. То ли пульсирующая щека в этом виновата, то ли тот факт, что я теперь уверен, что Далила не причем и не ее это была сумасшедшая выходка с целью женить меня на себе.

Однако, ее моя реакция заставляет лишь еще больше напрячься.

– Я ничего не понимаю, я не хочу здесь оставаться! – рыдает она. – Боже, за что? Что я такого сделала, что наказана таким жестоким образом? Я ненавижу тебя, Аслан Умаров! Я не хочу быть твоей женой!

Мне нечего на это ответить. В груди неприятно колет от ее слов, но я молчу, потому что мои слова, какими бы они не были, уйдут в пустоту.