Велел быть тише воды, ниже травы, всем видом показывал, как сильно она надоела, но бесполезно!
Цепляется за меня будто клещ. Усиленно делает вид, словно не понимает, что всё, что мне было надо - это безотказное девичье тело.
Стиснув зубы, резким движением отстраняю назойливую дуру.
В кого она уродилась?
Никогда бы не поверил в их родство с прежней Викторией до того, как я узнал о предательстве жены.
Довольно!
Гнев вспыхивает в груди подобно спичке. За секунду разгорается в адское пламя, что воскрешает неприятные воспоминания и грозит вырваться наружу.
- Да заткнись ты наконец! - рычу на неё, в ярости сжимая хрупкие плечики. - Это домовой дух. Хранитель. Посмеешь его хоть как-то обидеть - вышвырну из дома. Будешь ночевать за забором.
Лиззи что-то жалобно пищит, но мне глубоко плевать. Спешу на кухню и в дверях сталкиваюсь с Домовладыкой.
- Хозяин, я честно не хотел обидеть молодую леди, всего лишь спросил, что она желает на завтрак. Кто ж знал, что она такая пугливая?
- Верю, - отмахиваюсь и иду на кухню.
В горле пересохло и нестерпимо мучает жажда. Домовой дух следует за мной и, обогнав меня в дверях, уже наполняет кружку чистой водой из подземной скважины.
- Где Виктория? - спрашиваю лишь из вежливости. Уж больно вывела меня из себя панибратством с деревенскими.
Рисуется передо мной, провоцирует, играет в недотрогу. А сбежавший зверь по какой-то причине потворствует её капризам.
- С утра дома была, - пожимает соломенными плечами, а сам незаметно отводит дыры-глазницы в сторону.
Что-то здесь нечисто. К тому же эти двое успели подружиться.
- А сейчас? - делаю шаг, спрашивая обманчиво спокойно.
Неужто снова задумала какое-то возмутительное безрассудство?
- Не видел, - бурчит Домовладыка, и чувствую - не врёт.
- Ты уверен, что не знаешь, где она? - голос звучит тихо, но в нём звенит сталь. - Может быть, она что-то говорила?
Дух испуганно трепещет, опуская голову:
- С утра её не видел, но слышал, что она очень хотела попасть в соседний город.
Однако зная Викторию, она…
- Ни черта ты её не знаешь! - озлобленно рявкаю на притихшего духа и вижу в отражении зеркала, как на лице проступают желваки, выдавая закипающий гнев.
Проходит час, и я ловлю себя на том, что не могу найти себе места.
Мысли упорно возвращаются к Виктории.
Где она?
Почему так долго?
Встретила кумушек и языками чешут?"
"Подсознание подбрасывает более тревожные варианты, которые я решительно отметаю прочь.
