Обманутые надежды, или Чего не прощает любовь (Женщина в клетке, или Так продолжаться не может)

Вот если бы я встретил тебя раньше… И почему я не встретил тебя раньше?

– А что было бы, если бы ты встретил меня раньше? – спрашивала я и обливалась слезами.

– Если бы я встретил тебя раньше, я бы отдал тебе всю свою жизнь.

В этот момент поезд остановился, и из вагона вышла приветливая проводница.

– Стоянка поезда ограничена. Кто на посадочку, проходите, – звонко скомандовала она и посмотрела на нас с Жаном.

– Жан, иди, – словно во сне произнесла я и в какой-то пелене наблюдала за тем, как он заходит в свой вагон.

А затем я увидела его в окне. Он смотрел на меня и вытирал слёзы. Когда поезд поехал, я побежала за ним.

– Жан! Жан, это всё? – громко кричала я уходящему поезду и рыдала.

Жан пытался открыть окно, чтобы видеть меня, но оно не поддавалось и никак не хотело открываться.

– Жан! Жан, неужели это всё?! В этот момент мне захотелось крикнуть ему о том, что это не всё, что я согласна на роль пожизненной любовницы, что я вообще согласна на любую роль, которую он мне отведёт в своей жизни, пусть эта роль будет совсем маленькая и незначительная, главное, чтобы он её отвёл.

Я согласна на роль второго плана! И не только второго, но и третьего, пятого и десятого! Я стала ему это кричать, но он уже не мог меня слышать, потому что поезд стал набирать скорость, и мимо меня промчался последний вагон. Мне было страшно от того, что этот проклятый поезд уносит от меня мою любовь, мои слёзы и мои надежды.

– Стой!!! – прокричала я вслед поезду и, как одержимая, что было сил побежала за ним по перрону.

Я не заметила, как перрон кончился. Закончился перрон, а от поезда не осталось даже следа. Я не сразу ощутила, что у меня под ногами уже ничего нет и что я лечу с высокого перрона на мелкую гальку. Я почувствовала лишь сильную боль и кровь, которая фонтаном хлынула из моего носа.

А затем голоса. Рядом со мной собирались люди, и с каждой секундой их становилось всё больше и больше.

– Смотрите, девушка насмерть разбилась, – донёсся до меня чей-то незнакомый перепуганный голос.

– Да вроде живая, просто у неё всё лицо в крови. Она, по-моему, голову разбила, – вторил ему другой.

– Конечно, на такой скорости и с высокого перрона…

– А зачем она бежала-то? От поезда, что ли, отстала?

– Да нет. Я её видела. Она стояла, с каким-то мужчиной разговаривала, плакала сильно. Он её успокаивал. А затем этот мужчина в поезд сел и уехал.