И когда между ними снова повисло молчание, мозг Нэйта отчаянно искал тему для разговора… вот только на ум не приходило ничего достойного… и тот факт, что он не мог придумать ничего даже отдаленно нормального, заставил его осознать, каким же мутантом он был на самом деле.
Но разве он мог социализироваться в той лаборатории? С кем, кроме ученых в белых халатах, которые экспериментировали над ним, и телевизора, который ему разрешали смотреть?
Погрязнув в грустных мыслях, он вырвался из транса, когда они подошли к деревянной ограде.
Он подумал о том, чтобы снять верхнюю перекладину для нее, но Илин ловко проскользнула под деревянной планкой и уже ждала его с другой стороны.
— Это хороший фермерский дом, да, — пробормотал он. Потому что ему нужно было что-то сказать, чтобы не лопнуть. — Я работаю здесь… точнее работал. Мы практически закончили ремонт.
Ведя Илин к проходу, он думал о ее акценте. Прикольный, как у его отца. Как у Рэйджа. Скорее всего, ее не впечатлит его пыльная работа. И поскольку все, что он не мог предложить женщинам в целом и ей в частности, разбилось о скалы его самоуважения, он, как и она, хранил молчание.
Ага, в его фантазиях все было иначе. Прямое доказательство того, что нельзя выдавать желаемое за действительное. В своих мечтах он нашел ее у того кратера и пригласил пообедать в круглосуточную закусочную, в которую они с Шули иногда заскакивали после работы. За гамбургерами и яблочным пирогом они говорили обо всем и ни о чем, пока не становилось слишком опасно оставаться на улице… и прямо перед восходом солнца, он бы проводил ее до дома ее родителей, где она бы дала ему свой номер телефона и попросила перезвонить днем.
Это стало бы началом прекрасного романа… и в качестве кульминации — их первое свидание через неделю, на котором он бы ее поцеловал. Нежно. На пороге ее дома.
И раз это была всего лишь фантазия, поцелуй был бы идеальным для них обоих, несмотря на полное отсутствие опыта с его стороны…
— Привет, ребята.
Миссис Мери встречала их у входной двери фермерского дома, она помахала рукой и вышла в поле теплого света, отбрасываемого наружным фонарем.
Хорошая новость заключалась в том, что жена Рэйджа обладала всем, что хотел бы видеть тот, кто ищет приют: открытое лицо с искренней улыбкой… которая буквально внушала, что эта женщина умеет хорошо обнимать.
Никакой ложной рекламы.
Внезапно все заговорили в унисон. Мери. Рэйдж. И одна из социальных работниц, Райм, которая также присоединилась к группе.
