Женщина выбросила «Мортон» через плечо, и контейнер отскочил, словно убегая подальше.
— Тебе понадобится гораздо больше, чем приправки для картофеля фри, чтобы закрыть мне доступ. Но хватит о входах и выходах, ответь, эта юбка не полнит мою задницу?
Обернувшись, женщина встала в позу и посмотрела через плечо… а ее рука скользнула вниз по талии к идеально пропорциональной выпуклости бедра.
— М-м? — спросила она с горловым мурлыканьем. — Что скажешь о моей попке?
Сэвидж заблокировал все мысли, представив себе чулан с полками от пола до потолка.
Его полки были пустыми, голая лампочка на потолке освещала пустоту. Убедившись, что он может ясно видеть детали, от текстуры дерева на этих вертикальных досках до веревочки, свисающей с лампочки, он закрыл дверцу чулана. И запер его.
Пока женщина оглаживала свою задницу, Сэвидж удерживал в уме последний образ: массивная дверь, толстая дверь, усиленная дверь, которая была заперта на засов, защищая чулан, в котором ничего не было.
Женщина усмехнулась.
— Посмотри на себя, какой дешевый трюк.
Ничего не говори, — сказал он себе. Ни слова вслух.
— Ты так защищаешь женщину под этой крышей. — Женщина — или кем она была — посмотрела на дом. — Должно быть, она много для тебя значит. Или ты просто хочешь, чтобы она прожила достаточно долго, чтобы ты успел ее трахнуть?
Сэвидж смотрел вперед, почти не моргая.
— Я права, не так ли? — Женщина улыбнулась, повернувшись к нему лицом. — Ты ее еще не трахнул. Но ты же хочешь, не так ли? Ты хочешь, чтобы она была обнаженной под тобой, и ты собираешься пометить ее… как будто это что-то значит в наши дни.
Разве ты не слышал, что моногамия вышла из моды?
Ее голос был низким и соблазнительным, соответствуя ее телу, ее губам и волосам. Она была заманчивой, как подарок, но как только ты развяжешь ленточку? Разорвешь оберточную бумагу?
— Или, может, у вас двоих есть нечто большее. — Она протянула элегантную руку и указала кроваво-красным ногтем на центр его груди.
— Оно у нее? Что бьется здесь… она забрала твое сердце? — Повисла пауза. — Уже… Ух ты. Пожалуй, возьму у нее пару советов. Посмотреть там особо не на что, но ее игра явно огонь.
Я ничего не выдам, — думал Сэвидж. — Я ничего не выдам, ничегоневыдам, ничегоневыдам, ничегоневыдам …
Ее глаза загорелись угрозой."
"— Знаешь, ты провоцируешь, мне хочется проникнуть в тебя. Думаю, это было бы весело… по крайней мере, мне. И тебе — ненадолго.
