Опять, он испытал гребаный стыд — что у него не оказалось с собой воды в пулях из фонтана Девы Летописецы…
— В городе появилось новое зло, — пробормотал Бутч. — Возможно, тени — ее порождения.
Когда холодная волна с головой накрыла Балза, он резко повернулся лицом к Брату. Бутч О'Нил был заядлым стилягой в нерабочие часы, выдающимся бойцом на поле боя, да и просто рукастым парнем, когда дело доходило до картофельной пушки. Он также был приближенным…
— Ее? — услышал Балз свой голос.
— Помнишь, что произошло с Омегой? Та женщина… или чем она там является.
— А, точно. — Балз прокашлялся. Дважды. — Да. Да, верно.
Его сознание словно превратилось в викторианской стереоскоп, в котором две фотографии сошлись вместе, образуя трехмерную картинку.
Казалось, он не мог сделать вдох.
— Просто для справки: как она выглядит?
Бутч покачал головой и посмотрел на своего соседа, Ви, а потом снова перевел взгляд.
— Спрашиваешь, видел ли я ее водительское удостоверение? — Потом он нахмурился. — Стой, ты серьезно? Как она выглядит?
— Да.
— Балз пожал плечами, принимая будничный вид. — Ну, в смысле, если она гуляет по улицам Колдвелла с подобием призрачной армии, разве все мы не должны понимать, как она выглядит?
Бутч пожал плечами, а потом кивнул.
— Логично. Хм, что ж… она — самая красивая брюнетка, которую ты когда-либо видел. Пока не посмотришь ей в глаза. И тогда… она — воплощение чистого ужаса, разрушения и деградации… — Бутч перекрестил свою широкую грудь. — Она соблазнительна как отравленная роза.
В этот момент диалог превратился в какофонию, к разговору подключились те, кто пересекался с ней. Но Бальзу не нужно подробное описание… по правде… он знал ответ до того, как задал вопрос.
Чтобы сделать непринужденной вид, он потусил с ними еще немного, а потом оторвался от общей массы, сказав перед этим Кору, что скоро вернется. Мужская раздевалка располагалась по соседству, и, заскочив туда, Балз прошел мимо рядов шкафчиков к раковинам возле душевых кабинок. Включив воду, он сполоснул лицо и стер влагу каким-то бумажным полотенцем светло-желтого цвета.
Опустив руки, он уставился на свое отражение…
Не волнуйся, я прощаю тебя, мой любовник.
Когда в голове прозвучал голос брюнетки, он резко обернулся.
— Я не твой, — сказал он душевым кабинкам.
На что поспорим?"
"Когда дверь в раздевалку открылась, Балз потянулся за пистолетом…
Внутрь зашел Бутч, и его походка была такой же обычной и небрежной, каким пытался выглядеть Балз, когда уходил.
