Затем присел на своих массивных бедрах, сделал глубокий вдох и…
Мэй действительно ожидала, что кабинет не сдвинется с места.
Ошибалась. С протестом и громким стоном деревянная коробка аккуратно оторвалась от пола. Затем Сэвидж слегка наклонил шкаф, переместив тяжесть на свою грудь… и направился к входной двери коттеджа. Его дыхание стало тяжелее, вдохи и выдохи рывками покидали его тело, но не считая этого? Он полностью контролировал неподъемный груз.
И когда он поставил шкаф на место, вернее, опустил, как перышко, ножки коснулись половиц не с грохотом, а с тихим шепотом, и старое дерево снова застонало.
Сэвидж выпрямился, хлопнул в ладоши, как будто его ладони занемели, и развернулся. Сделав два вдоха, полностью восстановил дыхание. Как будто не он сейчас перетащил огромную махину.
— Ставни на окнах, — сказал он, посмотрев на Мэй. — Мне нужна твоя помощь, чтобы разобраться с ними. Мы должны защитить стекло… и сколько еще дверей ведут на улицу?"
"Она все еще пребывала под впечатлением от его мощи, поэтому не сразу смогла ответить.
Ее мозг был занят совершенно неуместными мыслями… например о том, на что еще было способно его тело.
И нет, речь шла не о домашней уборке.
— Что именно здесь происходит? — спросила Талла.
Мэй тряхнула головой, проясняя мысли.
— Мы обо всем позаботимся. Не волнуйся. — Она взглянула на Сэвиджа. — И да, э-э… на кухне есть черный ход. А еще в подвале защитная дверь, но она стальная и наглухо заперта.
Он резко кивнул.
— Я позабочусь о безопасности на кухне.
Ты поработай с окнами. — Он повернулся к Талле и поклонился. — Простите меня за беспорядок в вашем доме, мадам. Но это необходимо для обеспечения вашей безопасности.
Талла покраснела, как будто ей было шестнадцать, и ее пригласили на медленный танец.
— Да, конечно. Делайте, как посчитаете нужным.
— Премного Вам благодарен.
Мэй подошла и взяла женщину за руку.
— Посиди здесь. Я не хочу, чтобы ты снова потеряла сознание.
Пока она усаживала Таллу в кресло, Сэвидж по дороге на кухню закрывал ставни, запирая подвижные панели крючками на подоконниках.
С занавесок поднималась пыль, что навело Мэй на мысль, что меры предосторожности для защиты от солнца игнорировались уже давно и на регулярной основе.
Значит, Талла проводила дни в подвале в одиночестве, без защиты, когда приходилось подниматься наверх. Если бы начался пожар? Если бы возникла какая-то проблема?
— Оставайся здесь, — сказала Мэй с тяжестью на сердце.
