Обольститель и куртизанка

Как бы ни велика была сила вашего гнева, вы этого не сделаете. Если вы человек чести.

— Я не ребенок, мисс Рейнз! — сердито выпалил мальчишка, бросая яростные взгляды на свою защитницу. Лицо его пошло красными пятнами.

— Нет, конечно, вы не ребенок. — Эрит с горечью вспомнил, как уязвима, бывает гордость мальчика. А этот юноша с его храбростью и вспыльчивым нравом был не намного моложе самого Эрита, когда тот женился и обзавелся детьми. — Надеюсь, вы примете мои искренние извинения.

— Эрит… — Оливия изумленно открыла рот.

Граф испытал минутную досаду, заметив, как удивило Оливию его здравомыслие. Но злость и жажда мести тотчас исчезли, стоило ему увидеть лицо мальчика. Осталось лишь нетерпеливое желание получить ответы на мучившие его вопросы.

Юноша продолжал сверлить Эрита угрюмым взглядом.

— Вы должны принести извинения не мне, а даме, сэр. Это ее вы оскорбили.

— Вы правы, — покладисто согласился Эрит. Повернувшись к Оливии, он почтительно поклонился. — Прошу прощения, мисс Рейнз.

Куртизанка милостиво кивнула с величием королевы.

— Я принимаю ваши извинения, милорд.

— Милорд? — ошеломленно переспросил мальчик. Должно быть, он не расслышал имя Эрита, произнесенное Оливией.

По лицу куртизанки пробежала тень недовольства, но Эрит не оставил ей выбора: теперь следовало представить мужчин друг другу. Граф отказался прийти ей на помощь. Он сгорал от любопытства.

— Лорд Эрит, позвольте представить вам моего крестника, Леонидаса Уэнтуорта, — со вздохом произнесла Оливия.

— Мистер Уэнтуорт, — кивнул Эрит, пытаясь припомнить, нет ли у него знакомых с таким именем. Он не знал ни одного Уэнтуорта, но едва ли это имело значение. Происхождение мальчика легко читалось по его лицу. Неудивительно, что Оливия прятала юношу в этой глуши.

— Лео, это… мой друг, граф Эрит.

— Милорд. — Леонидас Уэнтуорт поклонился вежливо, хотя и довольно холодно. Движения юнца отличались природным изяществом, что, конечно же, объяснялось его происхождением.

Эриту понравилась холодная сдержанность, с которой держался мальчишка. Определенно свои принципы он ставил выше возможности завязать близкое знакомство с богатым аристократом.

Но юношеское высокомерие слетело с Лео при виде лошади графа. Стоя позади хозяина, мерин без особого интереса обнюхивал густую траву.