Оборотень

Мякиш тщательно размешал карты и протянул их Луке:

– Не переживай, они не крапленые.

– Ты не сказал, что будет, если я вытащу другую масть.

– Ах вот оно что… Тогда ты будешь жить! – заверил Мякиш. – Но все твои сбережения поступят в воровскую кассу… Чего ты молчишь? Или ты не желаешь помочь ворам? Молчишь… Ну и хорошо. Я знал, что мы с тобой поладим.

Разве таким симпатичным людям, то есть твоим гостям, можно отказать? Ха-ха! Но это еще не все, остальное будет зависеть от того, какую ты вытащишь масть.

Лука, стараясь не выдать своего волнения, потянулся к колоде. Выпал бубновый туз.

– Видно, тебе придется еще пожить. Мы забудем твой грешок перед общаком, если ты перевезешь двадцать килограммов золота до Екатеринбурга. Не думай, что ты будешь один, за тобой будут следовать мои люди. Но предупреждаю, если произойдет что-то непредвиденное, например пропажа золота или вдруг на тебя натолкнется наряд милиции… – вот в этой сумке будет твоя голова.

– Возьми билеты. – Мякиш небрежно бросил на стол небольшой сверток. – Сначала поедешь автобусом до Октябрьска, а оттуда на попутках доберешься до Магадана. В здании аэровокзала тебя встретит невысокий человек с седыми усами, кликуха у него Палыч. Ты будешь выполнять все его распоряжения. Он поможет тебе доставить золото в самолет, а уже в Москве тебя встретят мои ребята. В этом сверточке немного денег.

– Не вздумай играть в карты и не покупай больше виски. Это весьма пагубно может отразиться на твоем здоровье.

Лука довез золотишко по назначению и вручил его плешивому крепенькому мужичку, который не преминул поинтересоваться, крепко ли держится его голова.

А потом Лука в течение года частенько просыпался от кошмарного сна: голова его вдруг слетала с плеч и катилась по ступеням, конца которым не было видно…

Лука знал о Мякише немного, но то, что он был коварен и злопамятен, слышали многие, и это, естественно, отпугивало от него людей.

– Я сам отпишу Мякишу, – хмуро пообещал Лука, – думаю, он нас рассудит.

Глава 33

Свою карьеру смотрящего Североуральской колонии вор в законе Мякиш, а в миру Михаил Петрови Мягков, начал после разговора с полковником Тимофеем Беспалым в 1975 году.