Оборотень

В то время Мякиш бы «гладиатором» у одного из авторитетов беспаловской зоны и в его обязанности входило душить всякое сопротивление в стане «мужиков».

Несмотря на то, что Мякиш был среднего роста и имел щупловатую фигуру, его побаивались – он был резок и непредсказуем и одним ударом мог опрокинуть двухметрового верзилу."

"Самое большее, чего он желал, впервые загремев в зону еще в начале шестидесятых, так это стать одним из авторитетов или, во всяком случае, добраться до подпаханника и жировать вместе с блатными за одним столом.

О роли смотрящего он и мечтать не мог…

С мусорами, как и всякий вор, Мякиш всегда держался на стреме и общался с ними только по делу, прекрасно сознавая, что такое знакомство для многих блатных может закончиться не только сломанной карьерой, но даже преждевременной смертью. Если и возникали между вертухаями и зеками какие-то приятельские отношения, то прочие уголовники посматривали на них косо, полагая, что от всего этого веет ядовитым запашком предательства.

Однако с Тимофеем Беспалым у Мякиша вышло по-другому.

Барин умел расположить к себе: держался запросто, весело, заразительно хохотал и лихо рассказывал похабные анекдоты. Позже Мякиш убедился в том, что правильно говорили в лагере, будто бы в каждом отряде у Беспалого были свои люди и о жизни на зоне он был осведомлен не хуже, чем сам пахан. За маской простака скрывался необыкновенно изворотливый, расчетливый и гибкий ум. Тимофей Беспалый способен был благодаря своему обаянию обратить в свою веру любого зека. Если бы не знать, что он носит форму офицера МВД, то его вполне можно было бы принять за блатного, который чалился едва ли не во всех зонах Сибири-матушки. В облике Беспалого было что-то от авторитетного вора, знающего себе цену.

Мякиш знал, что про Беспалого ходят всякие слухи: будто Тимоха начинал как вор в нэпманской Москве, и, повернись его судьба по-иному, вместо ретивого опера из него вышел бы крепкий пахан. Даже сейчас, попади Беспалый в колонию, он сумел бы укрепиться в лагере и стал бы вскоре законным.

Ведь именно такие, как он, верховодят в зонах.

Первое настоящее испытание Мякиш прошел на второй год своего знакомства с Беспалым, когда к ним в колонию перевели пацана, с которым он чалился когда-то на малолетке. Звали пацана Рябина. Кликуху свою он получил за прекрасный цвет лица – яркий румянец на обеих щеках делал его похожим на школьника-старшеклассника, прибежавшего в теплую квартиру с ядреного январского мороза.