Оборотень по объявлению

Оборотень по объявлению, скорее всего, настоящий оборотень! Как же мне теперь стыдно перед девочками! Я же высмеивала! Уличала! А вот оно как на самом деле…

Уличать и высмеивать смело можно меня!

Он тоже волк? Или медведь? Или хитрый лис?

Почему-то мне казалось, что ни одно из этих определений ему не подходит. А тогда кто?

Я не знала. Перед мысленным взором как наяву всталиразноцветные глаза…

Я моргнула и поняла, что и правда наяву, и правда передо мной. Вот только другие, не разноцветные совсем, а карие глаза мужчины, который уже второй раз у меня спрашивает:

— Да-да! — я вскочила с дивана, чуть ли не вытянувшись по струнке.

— Пойдемте! — мужчина был худым и высоким, и белый халат болтался на нем, как на швабре. Но, несмотря на внешность, он был уверен в себе и несколько резок в движениях. Открыв дверь одним рывком, пригласил зайти первой, положил карту на стол и пошел мыть руки. Мыл он их с особой тщательностьюи, так и не поворачиваясь ко мне, начал расспрашивать, что меня беспокоит.

— Ага, ясно.

— Ах, да! — показывая плечо, я старалась уловить его реакцию, но мужчина оставался беспристрастен. И это невольно вселяло надежду, что все не так плохо, и такие раны он видит каждый день. Ну, или хотя бы через день.

Да-да, мечтать не вредно! Но вредно не мечтать!

— Не могу определить, кто это Вас так? Что за зверь? На собачьи не похоже, кошка и подавно рядом не стояла…

Так и хотелось сказать, чьих рук это дело, но вместо этого я произнесла:

— Один мужчина так умудрился мне ногти под кожу всадить… — звучало не очень убедительно, но другой версии у меня не было.

Врач посмотрел на меня с вселенским скепсисом на лице. Молча достал пузырек и попросил:

— Лучше отвернитесь. И не вертите головой, ваши волосы попадают на рану. А я буду вскрывать нарыв.

Смотря на голубую стену, я сцепила зубы от боли. Мужчина обрабатывал кожу жидкостью, и любое прикосновение к ней было подобно ожогу, оставляемому раскаленной кочергой.

— Вот так, молодец! Сейчас надо потерпеть, может быть больно, — предупредил он, и я почувствовала что-то вроде укола в плечо. А вот потом стало, и правда, больно.

— Ш-ш-ш! — зашипела от боли я, наконец, не выдержав. Он все ковырял там и ковырял, вот я и не сдержалась…

— Милочка, еще немного!

— Больно! — прошептала я, зажмурившись.