Оборотень по объявлению

Надо расширять территории.

— И какую выберете? — с замиранием сердца спросила я.

— А вот мы выбрать не можем, — подвыпивший молодой мужчина, подсевший с краю, громко разъяснил: — Волки территорию предлагают недалеко от столицы, но небольшую. А у тигра угодья о-го-го! Да далековато! Уединенно там слишком.

— Да, мы решили тебя послушать. Ты к кому хочешь? К тигру? Или к волку?

— А вы меня так им и отдадите? — удивилась, уже поставив на себя крест, думая, как сбежать…

— А что нам еще с тобой делать? Когда оборотни делят территорию — это одно.

Почетно, интересно, азартно. А вот когда делят женщину — хуже не придумаешь. Война никому из кланов не нужна! Это вон, кошак может позволить себе задирать, кого хочешь, он одиночка. А у нас женщины, дети. Нам нельзя в такие игры лезть, — все это рассказал самый старший по виду мужчина, с бородой и усами. И как все медведи — крупный. — Тем более, когда только с женщинами дела в гору пошли. А ты уже чужая, прости…

— Вы говорите о программе? Которая по звуку определяет что-то? — я начала догадываться.

 — И она позволяет выявить пару?

— Не совсем так, — неохотно пояснил мужчина рядом. — Человека, который подходит генетически. Лисы такую вещь разработали!

— И вы у них ее украли?

— Украл для нас Тимур, а мы воспользовались! И не у лисов, а у волков!

— Подождите! — мой мозг кипел. — Как так? Вы же только что говорили, что хотите отнять его территорию?! И в то же время вы с ним уже работали?

— Это дикий мир, детка! — толкнул меня вбок мужчина, и я потерла ребра.

Еще один толчок — и будет синяк, это как минимум. — Мы узнали, что он ошивается с волками после заказа. Вдруг бы что зрело? Стали выяснять, наладили связи с новым альфой. А тут такая возможность — предложение, от которого не отказываются. Старейшины решили — игра стоит свеч. И вот, не прогадали!

Я во все глаза смотрела на шумных медведей в обстановке бара и понимала, что это реальность. Это не кошмар, не моя больная фантазия.

И Стас правда постарался вывести Тимура из игры. А тигр? Неужели я правильно поняла, и он готов отдать территорию?

Я вспомнила его последние слова, что свое он никому не отдаст, и впала в ступор.

— Тимур никогда не согласится отдать свою территорию, — пришла к выводу я.

— Уже согласился, — весело хохотнул медведь. И вновь прозвучал тост за победу.

— Но он сам говорил! — я не хотела верить, что он так просто сдался. Это неправда.