Оборотни клана Морруа

Жак пригласил нас в кукольный театр Гиньоль в Париже, и только когда мы расселись на обитых красным бархатом креслах под любопытными взглядами многочисленных зрителей, большей частью детского возраста, Жак сообщил, что смотреть мы будем «Кота в сапогах», детскую постановку. Мы с Миланой были в восторге, а вот громадина Тьерри, хоть и виду не показывал, злился, ведь их с Жаком вскоре пересадили, чтобы не заслоняли широкими спинами ребятишкам сцену. Я было приуныла и испугалась, а вот Милана с трудом удерживала смех, поглядывая на свою пару и Жака, скрипящих клыками на заднем ряду.

И неожиданно мне тоже стало легко и весело, а потом игра увлекла полностью.

На следующий день мы ходили по знаменитым торговым улицам Парижа, по кафешкам и любовались достопримечательностями. Милана задалась целью скупить мне все, что только можно, но при этом постоянно спрашивала мое мнение. Спустя пять часов беспрерывного шопинга Тьерри раздраженно обратился к Полю, одному из четырех родственников Морруа, – голубоглазому, черноволосому и похожему на ледяную флегматичную глыбу:

И кивнул на Жака.

Пока я думала зачем, меня опередил не менее озадаченный Поль:

– Вдруг наклейка отвалится, – буркнул Тьерри.

– Какая? – покосились на него Жак с Полем.

– С улыбкой, а то пятый час улыбается, – ехидно отозвался Тьерри.

Мы с Миланой, у которой в глазах плясали смешинки, понятливо переглянулись: предел мужскому терпению подошел к концу, пора заканчивать с покупками. Тем не менее хмурый вид главы меня не напугал, более того – умилил.

Почему-то мессир стал восприниматься как любимый дядюшка. Даже Жак не рычал на Тьерри, когда тот иногда ласково трепал меня по плечу или макушке, и я улыбалась ему в ответ. Единственного из Морруа не считал соперником и подпускал ко мне на расстояние вытянутой руки. И Милана не ревновала пару ко мне, сама часто меня обнимала или касалась. Мне казалось, они оба задались целью доказать, что не всегда и не все прикосновения несут боль. И у них получилось: с каждым днем мне все легче удавалось не вздрагивать при приближении своих и посторонних. Или не впадать в панику, если Жак отходил от меня на пару шагов.

Вчера мы ездили с детьми клана в Диснейленд, хотя количество взрослых, сопровождавших и охранявших «детский сад», зашкаливало все разумные пределы. Подумав об этом сказочном месте, «Диснейленде», я с благодарностью коснулась толстого, розового, с украшенной блестками и феечками обложкой блокнота, к тому же с ручкой на веревочке.