Оборотни клана Морруа

Не трогай их!

Рене поцеловал меня так, что сердце чуть не выпрыгнуло из груди от счастья, щемящей нежности к этому большому сильному душой и телом мужчине. Он осторожно поставил меня на ноги, рядом со мной мгновенно возник Поль, в глазах которого я заметила тепло и сочувствие. Неужели эта ледяная глыба умеет чувствовать? Поль встал между мной и площадью, на которой будет схватка. Слегка приобнял меня, а потом, когда зарычали самцы, сошедшиеся в смертельном поединке, ладонью прислонил мою голову к своей груди, не позволяя смотреть.

И тихо прошептал мне:

– Не бойся за него! Это не продлится пары минут. Рене немного помучает твоего обидчика, выпустит собственную ярость и потом быстро убьет.

«Хм-м, Поль считает, что меня надо успокаивать?!» – подумала я, но промолчала, естественно.

Солнце играло на моем лице, тело ныло в приятной истоме. После того как Рене убил Вульфа и перед членами бывшего клана Дурси передал власть Рэнулфу, мы отправились к нему в гости. Точнее, полетели на вертолете.

Я уже не боялась, как в первый раз – гордо восседала на руках своего полуобнаженного мужа и принимала поздравления по поводу удачного возвращения в клан от веров, с которыми выбиралась от Варгасов. Они подтрунивали над мрачным Трейсом, весьма уважительно разговаривали с Рэнулфом, радостно улыбались мне, настороженно косясь на Рене. Жизнь снова была безоблачной.

В огромном поместье Рэнульфа нас разместили со всеми удобствами, несмотря на большое количество прибывших.

Холостяки Морруа ходили по территории гостеприимного клана подобно стервятникам в поисках добычи, чем сильно нервировали местное население, совсем недавно пережившее передел власти и налет клана Макгрантов. Теперь еще и Морруа рыскали по округе в поиске свободных самок. Но Рэнулф быстро пресек их поползновения – потребовал от Рене, а равно от бойцов нашего клана, обещание «не тянуть загребущие лапы к местным жительницам».

Менди и Ирис встретили меня в доме главы, по их словам, значительно переделанном после того, как Рэнулф убил своего предшественника.

Как мне печально рассказали эти две милые родственницы, старшую, Менди, которой уже сто тридцать лет исполнилось, против ее воли сделал своей женой прежний вожак. Так же как со мной поступил Итан, не являясь истинной парой. Долгие годы унижал и калечил ей жизнь. Когда подросла ее двоюродная сестра Ирис и прошла первый оборот, на нее запал друг мужа Менди.