Оборотни клана Морруа

Он готовился! Чем старше оборотень, тем сильнее и неуязвимее становится. За столетие Влад заматерел, превратившись из юнца в сильного крепкого «волчару». Хитрого, коварного, расчетливого. Заводил связи среди людей в небольших городках, подобных Усть-Лиму, среди богатых туристов и охотников, что приезжали сюда и пользовались его услугами в тайге. На приисках и в криминальном мире. Использовал любые возможности и ниточки завязывал на себя, надеясь в скором времени вернуть себе, а значит и любимой, достойное положение в обществе и безопасность.

В последнее время разговоры о нашем будущем поднимаются все чаще. Влад с Василикой слишком радеют о нас, мечтают о счастье для своей дочери и внучки. И, конечно, боятся потерять или накликать очередную беду. Тем более беда уже постигла мою маму…

Анфиса с тяжелым вздохом встала, принесла расческу и вопросительно приподняла бровь, глядя на меня. Я быстренько съела последний кусочек таявшей во рту рыбы, вытерла руки и села ровно, предоставляя тетке возиться с моими длинными черными волосами.

Я благодарно потерлась щекой о ее запястье и метнулась к зеркалу полюбоваться на очередной шедевр парикмахерского искусства. Увидев результат, восторженно выдохнула: «Красота-а-а!» Волосы цвета воронова крыла Аня забрала в нетугую круговую косу, закрепив у виска поблескивающей хрустальной заколкой-цветком, а свободный хвостик словно ручеек стекает с виска на плечо.

Поймала в зеркале задумчивый Анин взгляд, обращенный на меня, и хмыкнула. Как же мы похожи! У обеих золотисто-смуглая кожа – наследство румынских родственников, идеальные черные брови, раскосые глаза в обрамлении длинных густых ресниц, высокие скулы и овальное лицо. Форма губ немного иная, да цвет глаз. А вот фигуры: у меня – тоненькая и хрупкая, еще округляться и округляться; у Василики с Аней – шикарные женственные формы, высокая полная грудь и узкая талия.

Спору нет, мы красивые женщины. И поэтому я никогда не подчеркиваю свою внешность, скорее прячу под удобной, практичной, не привлекающей лишнего внимания одеждой кэжуал, а волосы закручиваю в непритязательный узел-ракушку.

– Завидую я тебе, – проворчала Аня, сложив руки на груди.

– Да-а-а? – опешила я, обернувшись.