Оборванные нити. Том 2

В принципе достаточно использовать давно известный раствор Ратневского, в который нужно поместить отрезанные кисти рук трупа. Через несколько дней, как убедился Саблин, проведя целый ряд проб, мягкие ткани набухали, расправлялись и восстанавливали пальцевый узор. Конечно, не всегда узор восстанавливался на всех пальцах, но для идентификации личности достаточно было всего двух-трех пальцев или ладони.

Всю весну и половину лета Саблин активно использовал этот способ и с удовольствием убедился в том, что в девяти случаях из десяти удавалось установить личность умершего по идентификационной базе Северогорска или области.

Стало быть, и с этой проблемой он более или менее разобрался.

В этом году отпуск у Сергея Саблина снова был летом, в августе, и он повез жену и дочь в Италию, в Римини. Лена была абсолютно счастлива, а четырнадцатилетняя Даша, обычно капризная и рвущаяся к самостоятельности и «взрослости», вела себя прилично и даже проявляла внимание и ласку к отцу. Вернувшись в Россию, они пару дней провели в Москве и вместе с Верой Никитичной, которая так и жила в столице, помогая дочери по хозяйству, отправились в Ярославль навестить родню.

Эта поездка здорово испортила Сергею настроение.

С тещей Верой Никитичной отношения у него были хорошими, мать Лены к зятю претензий не имела и была всем довольна: деньги шлет исправно, а перед глазами не мельтешит и ухода не требует, чего еще желать? Вреда от него никакого, а польза есть, и опять же Лена считается замужней, не брошенкой и не матерью-одиночкой и с гордостью может всем говорить, что ее муж и начальник, и кандидат наук.

Поди плохо!

Но вот родная сестра Веры Никитичны, Софья Никитична, придерживалась другой точки зрения. Если теща Сергея была дамой интеллигентной и понимающей, то ее сестра образованностью похвастаться не могла и взгляды имела самые примитивные. Посему после очередного «родственного» застолья она позволила себе высказать Сергею то, что думала. А думала она, на его взгляд, обидно и оскорбительно.

— Что у тебя за профессия! Ни денег, ни связей, ни возможностей, и вообще, людям стыдно признаться, что родственник — трупорез.

Охота тебе в гнилых кишках да в чужом говне копаться! Нет чтобы найти приличную работу, да в Москве, с женой рядом, и деньги чтобы были, и почет, и уважение, чтоб все прилично, культурно. А ты живешь на краю света, будто у тебя семьи нет, жену бросил, дочкой не занимаешься, бабу себе, поди, завел, куда ж вам, мужикам, без баб-то, вы без нас дня прожить не можете.