Оборванные нити. Том 2

— Жанночка, — Анатолий Иванович с улыбкой поцеловал строптивую супругу, — ты даже не спросила, как зовут наших новых соседей, сразу начала про темперамент и цыганскую кровь. Это невежливо.

— Извините, — спохватилась Жанна Аркадьевна с виноватой улыбкой.

Уже через пять минут все были знакомы друг с другом и знали, кто чем занимается и где работает, а через пятнадцать сидели в кухне у Ильиных, пили чай с вкуснейшими конфетами и весело болтали. Впрочем, болтали на самом деле только соседи и Ольга, Сергей сидел насупленный и молчал, ему жаль было бездарно растрачиваемого времени.

Соседи оказались довольно занятной приятной парой, оба в прошлом инженеры-металлурги, проработали много лет на комбинате, вырастили детей и собрались было уезжать на Большую землю, но дети уговорили остаться: нужно было помогать с внуками, у дочери двое малышей, у сына — трое. Жанна всю жизнь бешено ревновала Анатолия Ивановича, причем, похоже, всегда без реального повода. Она то и дело вставляла в разговор реплики, призванные напомнить собеседникам о ее «цыганской крови» и «бешеном цыганском темпераменте», Анатолий же Иванович ужасно смущался, поведение супруги казалось ему нелепым и смешным, он пытался ее одернуть, остановить, но остановить Жанну Аркадьевну было так же сложно, как бегущего бизона.

Ольга и Сергей собрались уходить, и Жанна Аркадьевна, накинув на плечи черную в пунцовых розах шаль, вышла вместе с ними на лестницу.

— Сережа, — шепотом спросила она, оглядываясь на открытую дверь своей квартиры, — а вы правда судебно-медицинский эксперт?

— Конечно, правда, — подтвердил он.

— Значит, вы сможете мне помочь в случае чего?

— В случае чего именно? — не понял Сергей. — Какие у вас проблемы, Жанна Аркадьевна?

Та театрально вздохнула.

— У меня всю жизнь одна проблема — измены Толика. Он ни разу не признался, он от всего отпирается, но я точно знаю, что он мне изменяет. Я хочу поймать его с поличным, чтобы он не мог отвертеться.

— Зачем? — коварно спросил Сергей. — Для чего вам это нужно?

— Чтобы точно знать! — нетерпеливо воскликнула Жанна.

— И что? — спросила Ольга, до этого не вмешивавшаяся в разговор, но слушавшая очень внимательно. — Ну вот вы припрете его к стенке, и что будет дальше? В чем ваша выгода? В чем состоит ваш генеральный план?

— Я смогу разговаривать с ним по-другому, он больше не посмеет отпираться, он поймет, что попался.

— И что? — повторила Ольга, не скрывая ироничной улыбки.