Обращаться с осторожностью

А потом в один день я положила книгу, которую читала, на стол и закрыла глаза. Гордились ли мои родители этим самостоятельным ребенком? Или им казалось, что они потеряли нечто, чему даже сложно подобрать название?

— Ты почистила зубы? — спросила я, но потом вспомнила, что ты как раз собиралась это сделать, когда я была занята порезами. — Ладно, забудь про зубы. От одной ночи ничего не изменится. — Я выбралась из постели и неуклюже склонилась над тобой. — Спокойной ночи, — сказала я, потом, словно пеликан, который хотел поймать рыбу, поцеловала тебя в лоб.

— Мама рассказывает мне историю.

— Тогда пусть мама тебя и укладывает. — Я плюхнулась на свою кровать. — У меня нет историй.

Несколько секунд ты молчала.

— Мы можем сочинить вместе.

— Как захочешь, — вздохнула я.

— Жили-были две сестры. Одна из них была очень-очень сильная, а вторая нет. — Ты посмотрела на меня. — Твоя очередь.

— Сильная сестра вышла на улицу под дождь и поняла причину своей силы — она была из железа, но из-за дождя она заржавела.

— Нет, сестра, которая не была сильной, вышла на улицу под дождь и крепко обнимала ее, пока снова не выглянуло солнце.

Когда мы были маленькими, то иногда спали в одной кровати. Хотя засыпали мы порознь, но посреди ночи я просыпалась и видела, что ты обвилась вокруг меня. Тебя тянуло к теплу, а мне нравилось искать в одеяле холодные места. Я часами пыталась отодвинуться от тебя в маленькой сдвоенной кроватке, но я даже подумать не могла о том, чтобы переселить тебя в твою кровать. Северный полюс не может уйти от магнитного притяжения, магнит все равно находит его.

— Тогда что произошло? — прошептала я, но ты уже спала, оставив мне самой додумывать финал.

По негласной договоренности той ночью я спал на диване. «Спал» — слишком громкое утверждение. Я ворочался с боку на бок. Когда все-таки провалился в сон, мне приснился кошмар, что я сижу на месте свидетеля и смотрю на Шарлотту, а когда я начал отвечать на вопросы Гая Букера, из моего рта полетели черные мошки.

Какую бы стену мы с Шарлоттой ни сломали прошлой ночью, она выросла вдвое и стала толще.

Я подал на развод, но хотел я вовсе не этого. Вернуться бы на два года раньше и начать заново.

Сказал ли я ей об этом?

Я скинул с себя одеяло и сел, потирая лицо.