Обращаться с осторожностью

 — Это, конечно, безумие, но сегодня я говорила с ясновидящей. В смысле, я не из тех сумасшедших, что ходят к гадалкам… но я не против, если кто-то иногда это делает, ничего страшного… в любом случае я ездила к той женщине, и она сказала, что кто-то по имени Мейси владеет информацией о моей биологической матери. — Я натянуто усмехнулась. — Она не сказала подробностей, но вот в этом точно угадала, да?

— Мисс Гейтс, — ровным голосом сказала Мейси, — чем я могу вам помочь?

Я уставилась себе под ноги.

— Я не знаю, куда двинуться дальше, — призналась я.

 — Не знаю, что делать.

— За пятьдесят долларов я могу предоставить вам информацию, не допускающую установления личности, в письме.

— Все, что есть в вашем досье, где не упоминаются имена, адреса, телефонные номера, дата рождения…

— Все неважное, — сказала я. — Думаете, я могу там что-то узнать?

— Ваше удочерение прошло не через агентство, а через частное лицо, — объяснила Мейси, — поэтому вряд ли там будет много информации. Возможно, вы узнаете, что вы белая.

Я подумала о сертификате об удочерении, который она мне прислала.

— Я уверена в этом, как и в том, что я женщина.

— За пятьдесят долларов буду рада подтвердить это.

— Да, — услышала я свой голос, — давайте.

Записав на ладони адрес, куда нужно отправить чек, я повесила трубку и стала смотреть, как прыгают кругом дети, напоминая молекулы в нагретом растворе. Мне было сложно представить себя матерью. И невозможно, что я бы смогла отдать ребенка.

— Мамочка! — крикнула на верху лестницы маленькая девочка.

 — Ты смотришь?

Вчера ночью среди других сообщений в чате я впервые увидела обозначения «п-мама» и «б-мама». Это не являлось какой-то градацией, как я сперва подумала, просто сокращение для приемной матери и биологической. Как выяснилось, из-за терминологии развернулись огромные споры. Некоторые биологические матери чувствовали себя свиноматками, а не матерями из-за таких обозначений и хотели бы называться первыми матерями или естественными матерями.

Но, следуя этой логике, моя мама должна была зваться второй и неестественной. Разве сам акт рождения делал тебя матерью? Терял ли ты этот ярлык, когда отдавал ребенка? Если людей судили по их поступкам, то на одной чаше весов была женщина, которая решила бросить меня, а на другой — женщина, которая сидела со мной ночами, когда я болела в детстве, которая плакала вместе со мной из-за парней, которая остервенело хлопала на моем выпускном из юридической школы.