- Он даже не звонил…- сообщил я охрипшим голосом.
- А ты бы ответил?
- Нет.
- Он правильно делает, что дает тебе время все переварить и принять решение. Обдумай все хорошо, не делай поспешных выводов, а главное прислушайся к своему сердцу, но в начале, дай ему время остыть.
- Хорошо, - кивнул я, – я еще посплю?
После вечерней истерики, во всем теле была слабость, граничащая с болью.
Я прожил две недели у мамы с Виктором, на работе написал заявление на отпуск на целый месяц, знал, что Дима не посмеет его не подписать.
Потом перебрался в свою пустую квартиру. Все это время я только и делал, что спал и думал. Чем больше времени проходило, тем отчетливее я понимал, что Дима необходим мне больше чем воздух, жить без него я не смогу. Я люблю и поэтому со временем прощу, может обида, боль и злость останутся, но рано или поздно они тоже пройдут. Моя любовь слишком сильная, чтобы ее вытеснили эти чувства.
Я стоял около двери Диминой квартиры и курил. Он был уже дома, я видел свет в окне, когда заходил в подъезд, но собраться и нажать на кнопку звонка я не мог решиться.
Время шло, а я все стоял и курил одну за другой. Внезапно дверь распахнулась сама собой, и в дверном проеме я увидел того, ради кого готов был поступиться своей гордостью, того, кому я прощу не все, но многое в этой жизни.
- Я видел тебя в окно, – хрипло сказал он, – Проходи.
Я вошел и осмотрелся, здесь ничего не изменилось, изменился только сам хозяин. Дима стоял передо мной растрепанный, помятый и растерянный, в синих глазах плескалась боль, но вместе с ней там было море радости, надеюсь, по случаю моего прихода.
Я бросился к нему на шею, не удержавшись на месте. Слишком соскучился. Прижался всем телом, Дима обнял меня в ответ и сжал крепко-крепко, словно хотел удушить в объятьях.
- Люблю тебя! – сказал я, а по щекам чертили мокрые дорожки слезы.
- А я тебя люблю! – Дима отстранил меня, заглядывая в глаза, они тоже были полны слез, но он держался.
- Прости, – тихо прошептал он, сцеловывая слезы с моих щек.
- Со временем…
Потом мы целовались, нежно, ласково, страстно, выплескивая все чувства, которые накопились за каждую секунду проведенного порознь времени, шептали слова любви, говорили о том, что не можем друг без друга, и сердце, еще ноющее от боли, затопила волна всепоглощающего счастья.
Эпилог.
Владислав.
Прошло десять лет. Диму я простил уже давно. На самом деле спустя некоторое время моя обида казалась несущественной.
