Пусть не теперь, но в ближайшие годы магаданцы твёрдо намеревались стать самыми богатыми людьми Европы и Азии. Не только в смысле богатства государства, но и повышения уровня жизни всех своих граждан.
– Я считаю, что надо срочно планировать экспедицию в Северную Америку, в район будущего Нью-Йорка. Купить у индейцев остров Манхеттен, как это без нас через двадцать лет сделают голландцы, да выстроить на нём нашу американскую базу. Перевезти туда корабелов, организовать строительство лодок и кораблей, выстроить острог и казармы для переселенцев.
Потом заняться организованной колонизацией побережья, туда, на остров ежегодно перевозить эмигрантов и оружие с боеприпасами, обратно забирать меха и тот же табак. Что там ещё продавали колонисты в Европе? – Николай вскочил со своего места, не в силах усидеть от кипящей энергии. – Будет база в Америке, можно и в Карибское море наведаться, англичан с голландцами пощипать, пару островов под своё крыло забрать. На ближайшие годы сахарный тростник и хлопок станут главным источником богатства колонистов, надо спешить!
– Может, взглянуть на это с другой стороны? – Павел Аркадьевич разгладил руками скатерть на столе.
– Мы с вами лет пять назад решили помочь Руси с Ливонской войной, затем приложить все силы, чтобы минимизировать или полностью уничтожить влияние протестантской морали на европейскую политику, так? И что получилось за эти годы? Ливонская война по факту так и не окончена, хотя Русь свою территорию получила, но надолго ли? Пока мир с Речью Посполитой не заключён, царь Иван подозревает нас во всех грехах, на контакт и честный союз не идёт.
Шведы, единственные наши союзники, нет, скорее вассалы, конечно, захватили всю территорию Речи Посполитой, так Стефан Баторий сбежал на турецкую территорию Венгрии. Скорее всего, он в будущем году натравит на нас турок, вернее, на шведов, за которых нам, вероятно, придётся заступаться.
– Может, и нет, – пожал плечами помрачневший наместник.
– Пусть так, – согласился географ, – но обращаю ваше внимание на то, что единственным нашим союзником стали именно протестанты, против которых мы планировали свою работу пять лет назад.
Наш, казалось бы, естественный союзник – Иван Грозный – вставляет нам палки в колёса. Католики, заинтересованные в союзниках по борьбе с протестантами, боятся нас больше, нежели своих врагов. Мне кажется, мы отклонились от своих планов, надо их менять или изменить политику.
