Обратный отсчет

— Ростовский этот факт подтверждает.

— Да неужели! Мы уже настолько близки, что щебечем о таких интимных вещах?!

— С ней каждый день работает психиатр. Профессор, светило и все такое прочее… Вроде бы как просто в гости ездит, но она отчетливо понимает, для чего он ездит, и постоянно с ним дискутирует. Бабонька развитая, чешет деда в хвост и в гриву. Он только пыхтит и краснеет. Это у них уже давно стало вроде какого-то домашнего развлечения.

— Думаю, Сенковский ему немало платит. За такие деньги можно и потерпеть.

Однако при чем здесь подтверждение Ростовского и профессор? Он что, с ним на короткой ноге?

— Нет, он просто подслушивал.

— Вот это по-нашенски! Ну и?..

— Прозвучала такая фраза — за точность не ручаюсь, но что-то вроде: «…даже пусть и не надеются. Я теперь не такая психованная, как семь лет назад, — и у меня есть то, ради чего стоит жить…»

— Интересно… Послушать бы эту фразочку в оригинале, а то ведь интерпретировать-то можно по-всякому… Мы там не пишем?

— Нет. Даже и не пробуем.

— А, ну да… СБ у них, конечно, на валютном уровне, так что… Значит, была попытка?

— Ну понятно. И наличие двоих детей ее не остановило — если действительно что-то такое было… Ладно, давайте дальше. Что в вашей версии имеется по данному пункту?

— Это не наша версия, — уперся Иванов. — Вот именно — это не более чем Костина гипотеза.

— Ну хорошо, пусть будет так. Ну и как это себе видит Костя? Что там такого экстраординарного натворил наш горячо любимый Лев Карлович?

— Про Сенковского он ничего не видит.

Он полностью сфокусирован на Наталье. Потому что Валера с Сенковским практически не видится, общается в основном с Натальей. Что узнает, то и сообщает Косте.

— Ну вот, здрасьте вам! Нам кто нужнее?

— Это уж извините: как говорится, что имеем…

— И что же мы имеем?

— По наблюдениям Кости, у Натальи в полном объеме присутствует тяжелейший комплекс кающейся грешницы. Отягощенный нормальным истерическим психозом.

— В общем, она ведет себя так, как будто была соучастницей какого-то страшного преступления…

— Ни фига себе, новости! Ну и куда мы подошьем это ее преступление?

— …которое совершил самый близкий ей человек.

— Угу… Это уже что-то. Муж — это как раз то, что надо… И с чего мы это взяли?

— Судя по ее поведению, она всеми силами пытается искупить вину. Причем искупить сторицей, как бы за двоих. То есть торопится, делает это жадно, обильно и порой совершенно бессистемно.

— А как относится к мужу?

— Они практически не общаются.