Обреченные стать пеплом

Родители определённо узнали в моём друге кумира миллионов футбольных фанатов, но, в отличие от Коко, практически не подали вида. Поздоровавшись с Робом за руку, отец позволил ему поцеловать руку моей матери, после чего, мило улыбаясь, они отправились к своим местам, расположенным тремя стульями левее от нас.

Я вновь выдохнула. На мои слова: “Это мой лучший друг Роб”, – родители отреагировали так, будто не усомнились в правдивости данного утверждения ни на секунду. Одно только осознание того, что я не лгунья, и меня, что менее, но всё же важно, таковой не считают, немного разгрузило меня изнутри.

“Лучший друг”, – повторила я мысленно, пытаясь прочувствовать каждый звук этого словосочетания. Робин словно не удивился такому моему представлению его моим родным, но для меня это было действительно весомо – у меня ещё не было такого друга. Лучшего. По-настоящему… Конечно есть Натаниэль, но она лучшая подруга, а не друг – в моём понимании это две разные весовые категории.

Миша, Брэм и Хьюи появились одновременно, следом за женихом, занявшим своё почётное место ожидания рядом со священником.

По-моему, Байрон, как жених, выглядел достаточно круто и даже брутально со своей идеально уложенной причёской, однако он определённо переживал, чего я никак не могла понять. В конце концов, он ведь не на Айрис собирался жениться – Нат более конкретная. Если она дала своё согласие на столь сомнительное мероприятие и до сих пор его не отменила, значит она уже ни за что не пойдёт на попятную. Её слово всегда сила. Эта свадьба точно состоится.

На сей раз удивление от нового знакомства отразилось на лице Робина. Он явно пришёл в лёгкий шок от моего сходства с Мишей и Хьюи, а вот Брэм, который с первого взгляда неожиданно показался мне идеальной парой для Миши, хотя прежде я даже представить себе не могла образ мужчины, которого я могла бы видеть рядом со своей сестрой, казалось совсем не был удивлён моей внешностью. Более того, создавалось впечатление, будто между мной и Мишей он вообще не видел ни единого сходства.

Может быть меня это даже немного укололо, а может быть именно это мне в Брэме и понравилось – я точно не знаю. Правда заключалась в том, что мне нравилось видеть, как этот мужчина обнимает Мишу за её голое и внезапно загоревшее плечо.

Обратив внимание на загар сестры, я вдруг задумалась над тем, где же она пропадала эти два месяца, и хотела уже заговорить с ней об этом, как вдруг до моих ушей донеслись первые ноты арфы. Я оглянулась.