Обреченные стать пеплом

Обратного пути нет – в мою постель она в итоге и вернётся, в ней же будет существовать и умрёт.

Мы высадили охранников у ближайшей к нашему дому станции метро и уже спустя пять минут остановились возле подъезда нашего дома. Робин сидел за рулём, я сидела сбоку от него. Весь путь домой мы промолчали, но не потому, что нам нечего было сказать. Я могла бы ему сказать, что мне не понравилось то, что он обнял меня за талию специально, чтобы досадить Дариану, а он мог бы мне сказать о том, что он не в восторге от того, как Дариан на меня смотрел.

Но мы слишком хорошо друг друга понимали, чтобы лишний раз трепаться по пустякам.

Молчание затянулось на минуту, затем, убрав руки с руля, Робин положил руку на моё колено, после чего наши взгляды пересеклись.

– Во время командировки, на третью ночь в отеле, в момент, когда тебя не было рядом, я чуть не позвонил Флаффи, – совершенно неожиданно решил начать с признания Роб. – Сдержался лишь из уважения к тебе.

– Значит ты уже знаешь, что любовь не для меня, – слегка прищурилась я, подражая глухому тону голоса собеседника. – Уважение – это то, что является для меня показателем высоких отношений.

– Да, я знаю, – признался Робин, аккуратно убрав свою руку с моего колена, после чего, посмотрев вперёд над рулём, спокойно выдохнул. – Чего ты хочешь сейчас? – перешёл на шёпот он.

– Исчезнуть, – не задумываясь, ответным шёпотом выпалила я.

Ещё минуту мы помолчали, затем он вдруг произнёс:

– У меня есть к тебе предложение.

 – Я внимательно посмотрела на собеседника, и он перевёл на меня свой невероятно проницательный в эту самую минуту взгляд. – Выходи за меня замуж.

– Замуж? – я приподняла брови.

Странно, но предложение Робина не показалось мне громом среди ясного неба. Словно я заранее знала, что он хотел мне предложить. Впрочем, я могла догадываться уже с того момента, когда в больнице он у меня случайно спросил о том, не замужем ли я:

– Мы оба не готовы к браку, верно? – Робин говорил так непринуждённо и настолько спокойно, что внутри меня разливалось умиротворение, которого мне всё же было недостаточно для того, чтобы окончательно успокоиться после встречи с Риорданом.

 – И всё же… Таким способом мы оба сможем навсегда забыть о своих бывших. Тот факт, что мы любим друг друга самой нежной… – Робин запнулся. – Платонической любовью… Это невозможно отрицать.