Обреченные стать пеплом

Пока Робин решал вопросы с футбольным клубом, которые, как выяснилось, были слишком весомыми, чтобы рассчитывать на наше ближайшее возвращение на Сейшелы, я связалась с мистером Томпсоном и с лёгкостью удвоила объём своей работы в его издательстве. Теперь вместо четырех статей в неделю я должна была выпускать восемь, однако даже с удвоенной нагрузкой я справлялась с поставленной перед собой задачей за какие-то пару дней (последние два месяца я вела небольшую колонку в приложении журнала, которая, впрочем, пользовалась определённой популярностью).

Однажды, возвращаясь домой после шопинга в компании Байрона и Нат, на входе в подъезд я столкнулась с мужчиной с весьма интересной, я бы даже сказала необычной внешностью.

– Это мистер Фредрикссон, – ответила на мой вопрос о только что вышедшем из нашего дома мужчине миссис Адамс. – Помните, я рассказывала Вам о шведском семействе, которому прежде принадлежала квартира, с которой Вы с мистером Робином делите лестничную площадку?.

По-видимому, миссис Адамс всерьёз восприняла мой новый статус – миссис Робинсон – отчего вдруг решила начать вновь обращаться ко мне на Вы.

– Слышал новость? – уже спустя пятнадцать минут после разговора с миссис Адамс, обратилась я к Робину. – Кажется у нас скоро появятся новые соседи по лестничной площадке.

– Главное, чтобы без детей и тем более без подростков, – заметил Роб, продолжая невозмутимо разливать вино по бокалам.

На сей раз я решила уверенно пропустить тему детей мимо ушей, сначала переведя разговор на свои “суточные” статьи, а затем целиком сведя беседу к футбольному клубу.

…Я продолжала быть счастливой.

– Нет, ты это слышал?! – я не могла сдержать улыбки, Робин же и вовсе смеялся вслух.

– Да, Полина виртуозно использует сербский мат, – выходя из лифта, признал он.

– Да это не просто виртуозно, – уже наблюдая за тем, как Роб вставляет ключ в замочную скважину нашей двери, продолжала широко улыбаться я, – это ведь шедевр! А что именно она сказала этому нахалу?

– Если кратко, тогда она сказала, чтобы он засунул свой вопрос в задницу, – усмехнулся Робин, и в этот самый момент мы оба, услышав странное шарканье, обернулись в противоположную сторону.