Обретая любовь

То, о чем он столько мечтал, наконец-то сбылось – он держал Грейс в своих объятиях. Триумф его мужского самолюбия…

Однако ее плечи сотрясались от рыданий.

Мало-помалу Колин осознавал произошедшее. Он действительно овладел Грейс, обесчестил ее… И что хуже всего, она, похоже, не давала на то своего согласия. Вероятно, он набросился на нее, как дикий зверь, взял силой, и воздействие опия ничуть не оправдывало его. Он совершил деяние, за которое сам неоднократно наказывал своих подчиненных.

– Насколько понимаю, герцогиня попросила тебя сопроводить меня до дома, – натужно сглотнув, проговорил Колин.

– В Лондоне, – отозвалась Грейс, не отрывая лица от его жилетки.

– Но на самом деле мы ведь с тобой не женаты?

– Нет. – Ее голос был едва слышен.

– То есть ты сказала трактирщику, что мы женаты, потому что в карете я воспользовался твоей беззащитностью, – сделал вывод Колин, чувствуя какую-то внутреннюю самоотчужденность. – Грейс, я находился во власти сна, я просто не соображал, что делаю.

Он еще крепче обнял ее. Грейс не отвечала, продолжая плакать.

– Черт возьми… – пробормотал Колин.

И как Колин мог такое натворить, пусть даже и во сне?

– Насколько это было… отвратительно? – спросил он. Ему было необходимо это знать, угрызения совести жгли его нутро, как раскаленные угли. – Грейс, пожалуйста, скажи мне.

Она что-то произнесла, по-прежнему уткнувшись ему в грудь.

И черт с ним, с этим зрением!.. Пусть он навсегда его потеряет, но ему необходимо увидеть ее глаза. Отстранив Грейс, Колин потянулся к своей повязке.

– Не смей! – воскликнула она, и ее изящные руки с неожиданной силой ухватили его запястья. – Что ты делаешь?

– Мне нужно увидеть тебя, – хриплым голосом отозвался он. – Я должен увидеть в твоих глазах ту боль, которую тебе причинил.

Грейс продолжала тянуть его за руки, и он, уступив, опустил их.

– Ничего ты не причинил, – произнесла она так тихо, что он едва расслышал. Ее ладони тоже скользнули вниз вслед за его руками.

– Что? – Его сердце билось чуть ли не в самом горле. Ощущение ее ладошек у него на предплечьях… это вызывало желание ощутить ее всю целиком. – Разве я не сделал этого?.. Там, в карете? – Он вспомнил о явном свидетельстве, обнаруженном во время приема ванны. – Я знаю, что это случилось.