Обрученная с драконом

И вообще, все происходящее казалось сном, вызывающим лишь легкий всплеск удивления. Все остальные чувства словно исчезли.

Скрипнула дверь. Раздалось ругательство, брошенное сквозь зубы.

– Какая же ты тяжелая! – услышала Юна. – Ничего, недолго осталось. Побудешь здесь, пока за тобой не придут.

Судя по высокому порогу и деревянному полу, Наиля втащила ее в помещение. Села рядом на корточки, еще раз зачем-то оттянула веко, полюбовалась на закатившийся глаз и удовлетворенно хмыкнула:

– Этот Родервик был прав.

Средство действует безотказно.

Где-то в глубине одурманенного сознания зашевелилась слабая мысль.

Где она могла его слышать?

Но эту мысль перебила другая, еще более вялая и равнодушная: какая разница, где она слышала это имя? Оно уже не имеет значения. Ничто не имеет значения. Только спать, спать и спать… Бесконечный вечный сон – единственное, что ей нужно сейчас…

– Спи, – Наиля похлопала ее по щеке. – Скоро за тобой придут.

Юна покорно вздохнула. Слух равнодушно отмечал звуки, говорящие, что происходит вокруг: шорох платья, шаги Наили, повторный скрип двери.

Тонкая полоска света от фонаря, проникнув с улицы, мазнула ее по лицу, а затем все погрузилось во мрак.

Она не знала, сколько пролежала так, почти не осознавая, где находится. Очнулась от ощущения, что пол под ней качается и куда-то плывет. То ли он и в самом деле качался, то ли кружилась голова.

Юна хотела открыть тяжелые веки, но они отказались подчиняться. В висках загудело. Застонав, девушка попыталась сжать их руками – руки были словно чужие.

Она попробовала перевернуться на живот – и поняла, что не чувствует тела.

По позвоночнику скользнул ледяной ветерок. Все внутри замерло, сжалось от страха. Тело еще находилось под действием неизвестного яда, но разум уже забился в испуге.

Что происходит? Где она? Что с ней?

Юна не знала ответов на эти вопросы.

Она ощущала себя абсолютно беспомощной – и эта беспомощность накатывала холодными волнами вместе с паникой.

С трудом разлепив ресницы, Юна увидела тонкие полосы света, пробивающиеся сквозь неплотно пригнанные толстые доски.

Но они не прогнали страх. Наоборот, девушка сжалась в комок. Ей внезапно почудилось, будто все ее тело обвивают холодные щупальца мрака, тянутся из темноты как голодные змеи, сковывают, прижимают к шершавому полу.

Застонав, она попыталась подползти ближе к свету – и не смогла.

Страх захлестнул ее с утроенной силой. Юна задышала часто, отрывисто, почти задыхаясь.