Последний абзац был обведен красными чернилами, и рядом красовалась приписка: “используй этот”. А на полях рядом с первой строчкой кто-то сделал надпись помельче. Я не сразу поняла, что там написано. Мой палец задержался у строчки алых чернил, и учитель прочитал вслух:
– Если хочешь убить.
Я подняла на него обескураженный взгляд, и он добавил:
– Это писал Герберт.
После этого он отвернулся к окну и замер. В карете воцарилась тишина. Я медленно и осторожно собрала бумаги в кожаный пакет и отложила их на сиденье. Ару все еще не шевелился и больше напоминал каменное изваяние, а не человека.
Поколебавшись, я протянула руки, обхватывая его торс, и положила голову ему на плечо. Несколько мгновений он оставался неподвижен, и только потом резко выдохнул, повернулся и обнял меня в ответ. Я чувствовала бешенство,которое клокотало внутри него вместе с огнем. Этот огонь жаждал вырваться на свободу, кончики пальцев обжигали даже через одежду. но я только крепче прижалась в ответ заглянула в глаза учителю. В ответном взгляде была ярость, и я прошептала:
– Он обязательно ответит за это.
и мне жаль.
Ару был так зол, что не мог выговорить ни слова. Только молча кивнул и провел рукой по моим волосам. А затем резко ударил кулаком в стену кареты. Лошади замедлили ход, а затем остановились. Учитель вышел наружу и перебросился парой слов с кучером. Когда он вернулся и экипаж снова тронулся, я спросила:
– Что случилось?
Ару выразительно хлопнул рукой по документам и процедил:
– Это должен увидеть отец. Хотя бы последнюю часть.
Мы едем домой.
И я поняла, что он имеет в виду вовсе не комнаты, которые нам предоставил муниципалитет.
– Трой, – жалобно напомнила я. – Эттвуды."
"– Попроси Мерпуса найти Гейс, – сказал он. – Пусть придут вечером. Сначала я докажу отцу, что Герберт помогал Шендану и пытался меня убить. Может быть, тогда он не останется в стороне…
Я вздохнула. В неравнодушие Ару-старшего мне не верилось. Но учитель страстно желал представить отцу доказательства вероломства бывшего друга. И я не стала его останавливать.
Только с тяжелым вздохом разжала руки и откинулась на спинку сиденья. Какое-то время Рой смотрел на меня, и мне все меньше нравился его взгляд. Наконец, он негромко, но уверенно произнес:
– Ты должна рассказать моему отцу о том, что Шендан работает на Сьезию.
– Чтобы он надо мной посмеялся? - грустно улыбнулась я.
– Расскажи ему то, что говорила мне, – продолжал настаивать Ару. – Это угроза для всех.
– И тайна моего рода, – напомнила я.
