– Я и тебе не должна была это рассказывать.
– И соглашаться выйти за меня – тоже не должна была, – горько усмехнулся он, осторожно касаясь помолвочного кольца на моем пальце.
Я погладила голубой алмаз и ответила:
– Не должна была. Но я ни о чем не жалею
– Терять уже нечего.
– Есть чего, - заупрямилась я. – Подозреваю, что твой отец рад тому, что произошло с моей семьей. Думаю, вытаскивать с Железного острова кровного врага – последнее, чего он хочет.
– Он должен быть начеку, если Шендан работает на Сьезию.
Скажи ему хотя бы это.
Я опустила глаза, чувствуя смятение. Рой просил с таким жаром, что отказывать не хотелось. Но открывать тайны рода кровному врагу? Тому, кто мечтает видеть меня мертвой, а своего сына – мужем Элоизы Хейг?
Ару не торопил меня и больше ничего не говорил, позволяя мне все обдумать. Но когда карета остановилась, я так и не смогла принять решение. Со смешанными чувствами я покинула экипаж вслед за учителем и пересекла двор. При этом я была так поглощена своими мыслями, что почти не смотрела по сторонам, крепко прижимая к себе пакет с документами.
Двери дома распахнулись, и я вошла внутрь следом за Ару. И тут же пожалела об этом. Я конечно, понимала, что мне не будут рады, но такого приема я не ждала…
Рой шагнул в сторону, чтобы передать свое пальто слуге, но я не успела сделать то же самое. Потому что с другого конца коридора на меня неслось мощное огненное заклинание, и один вид почти белого сгустка пламени заставил мои ноги прирасти к полу. Скорость шара была такой огромной, что я сразу поняла – ответить не успею.
И Рой тоже…
Но перед моими глазами выросла огненная стена, а в следующий миг знакомая рука схватила меня за шиворот и выдернула с линии атаки. Заклинание лишь на миг притормозило, а затем впечаталось в дверь. Та, похоже, была защищена не хуже, потому что шар размазался по ней и ослепительно вспыхнул. Меня также бесцеремонно задвинули за спину и окружили стеной огня. Рыжие всполохи были чужими и по спине побежали предательские мурашки.
В следующий миг все стихло, а огонь погас. Эйден обернулся ко мне и бросил:
– Жива?
Я нашла в себе силы, чтобы кивнуть. Отвести взгляд от выжженного пятна на увитой защитными заклинаниями двери было невозможно. Только полный ярости голос учителя заставил меня посмотреть в другую сторону.
– Ты… посмела…
Элизабет стояла у лестницы, и в ее руках медленно гас какой-то артефакт. Она скривилась и пожала плечами:
– Прости, случайно пробудила камень.
