Я не сразу поняла, что означает это сверкающее пятно, а затем осторожно сняла с полки плоское каменное блюдце, на котором переливался… расплавленный и застывший алмаз.
Эйден за моей спиной иронично спросил:
– Это у вас общее, да?
– Что? – не поняла я.
– Тяга к знаниям. И силе.
Тут я не выдержала и ответила:
– Судя по всему, у всех остальных в этом доме тоже есть кое-что общее.
– И что же? – полюбопытствовал Эйден.
Сначала я вернула алмаз на место, а затем ответила:
– Не знаю даже, как это правильно назвать.
То ли непроходимая тупость, то ли жестокость.
Я повернулась и заглянула Эйдену в глаза. Тот пожал плечами:
– Мы все в той или иной мере жестоки. Магия и бессмертие делают нас черствыми. А еще ответственность за судьбу рода и государства.
Он обвел руками комнату и продолжил:
– У Роя с детства было все самое лучшее. Все, что он пожелает…
Я горько рассмеялась:
– Лучшее – это что? Самый острый кинжал, чтобы резать адскую метку и самое лучшее напоминание о том,что он потерял? Или самый лучший убийца, который ходит за ним по пятам? Да, тут вашей семейке нет равных.
После этого я выразительно махнула в сторону обгоревшей рамы.
– Вы растили ребенка в склепе. Неудивительно, что однажды он захотел его покинуть. Хорошо, что он дочь кровного врага позвал в жены, а не демоницу, после такого “лучшего”.
– Это мне тоже интересно, – внезапно посерьезнел Эйден. – Что Рой нашел в тебе?
Я видела, что мои слова задели его, но в этот раз он предпочел не ругаться, а подавить свое раздражение.
В ответ я равнодушно пожала плечами и предположила:
– Может быть, я всего-навсего не боюсь его?
– И зря. Иногда он не контролирует себя.
– Знаю, – вздохнула я. – Но даже в таком состоянии он не попытался меня убить. Зачем ты привел меня сюда, Эйден?
Он улыбнулся неожиданно тепло:
– Хотел, чтобы ты понимала, на что идешь. Рой – Отмеченный Адом, пусть и необычный.
Я вскинула руку, и на мгновение мои пальцы оплело льдисто-белое сияние. После этого я заглянула ему в глаза и ответила:
– Уже нет.
Эйден задумчиво наблюдал, как на моей ладони гаснут белые всполохи. А затем тряхнул головой и напомнил:
– Адская метка все еще на его теле.
– Но она уже не та, что раньше, – парировала я.
– Думаешь, что сможешь избавить Роя от нее?
В его глазах было искреннее изумление. Я не стала отвечать, но он все понял по моему лицу и скептически покачал головой. А затем первым направился к двери.
Я вышла следом и отправилась вниз. По пути я обдумывала то,что видела.
