Обрученные луной

Но неужели ты сам до сих пор не понял?

— Чего не понял? — тихо спросил Хольм, на всякий случай отступая на шаг и ужасаясь тому, что едва не натворил. — Бран, прости! Я не хотел… Я будто с ума сошел… Не понимаю…

— И клыки сами по себе отрастают! — подхватил Брангард, глядя на него с какой-то странной жалостью. — Стоит хоть слово сказать про твою Лестану, у тебя зверь изнутри лезет. Хольм, да что же ты болван такой? Ты же с первого взгляда на нее с ума сошел! Если, конечно, он у тебя был, ум этот… Ты ее запах чуешь? Издалека?

— Да, — растерянно подтвердил Хольм.

 — Но я всегда запахи хорошо…

— Земляникой! — выпалил Хольм и зажмурился. — Родниковой водой! Солнечным светом, летним лесом…

— Счастьем? — подсказал Брангард очень тихо и добавил, пока Хольм осознавал сказанное и услышанное: — Братец, она твоя истинная пара. Самой Луной тебе, дурню мохнатому, предназначенная.

Хольм еще раз шагнул назад, словно от удара, недоуменно и испуганно воззрился на Брангарда.

Истинная пара? Половинка души, разделенной на двоих? Живая сказка, что встречается все реже и реже? Но…

— Быть не может, — прошептал он непослушными почему-то губами. — Бран, она бы меня тоже узнала! А она… Она меня боится! Она в тебя влюбилась!

Младший смотрел на него все с той же непонятной жалостью, словно на смертельно больного или раненого. А у Хольма всплывало в памяти все, что он чувствовал при взгляде на Лестану. Сумасшедшая нежность, благоговение, желание быть рядом, прикасаться, заглядывать в глаза и дышать ее запахом, гладить серебристые волосы девушки и ее тонкие пальчики, любоваться, защищать, носить на руках, пробовать на вкус ее гладкую светлую кожу языком…

И запах! Как он не понимал этого раньше? Все оборотни пахнут своим зверем.

Волком, барсуком, лисой… По аромату тела можно узнать возраст и здоровье, силу и настроение. И только избранная Луной пара пахнет своей второй половине чем-то особенным! Не зверем или человеком, не живой плотью, шерстью, кожей, а счастьем, как и сказал Брангард. Сводящий с ума запах, единственный на земле!

— Почему она меня не узнала? — снова спросил он растерянно, пытаясь понять и вместить это невероятное знание, которое меняет все.

— Потому что Лестана еще не призвала своего зверя, — терпеливо объяснил Брангард. — Ты чем вообще слушал, когда шла речь о договоре? Ей двадцать лет без одного месяца, а она еще ни разу не перекинулась.