Обрыв

Снова не смею ослушаться, надеваю, хотя так хочется выкинуть их в окно вслед за Толиным окурком.

– Куда мы едем? – нарушаю тишину, распихиваю телефон и паспорт по карманам шубы.

– В аэропорт. Еще часа полтора ехать. Ебучий край, одни сугробы и холод. Если начнется метель, рейс не выпустят.

– Как ты меня нашел?

– Геолокация у твоих сопровождающих не была отключена. Мои парни быстро сообразили.

– Я не об этом. Как ты вообще меня нашел?

– Случайно, ты хорошо пряталась, Птичка. Я ту компанию, за которую так впрягается Воронцов, пробивал давно.

Людей отправил, узнать, прощупать, связи наладить. И вот, в одном из торговых центров тебя узнали. Я даже не поверил. А дальше выследили, сказал, чтобы не трогали, приеду, сам разберусь. Вот, приехал. Разобрался.

Как тут не поверить в судьбу? Я в этом городе была всего три дня, именно в том торговом центре я услышала разговор двух женщин и забытый телефон старой экономки. Особняк, встреча с Егором, компания, которая приглянулась Толе, все сплелось и завязалось тугим узлом.

С языка так и хотел сорваться вопрос: «Что там с Егором?», но я не могла себя заставить его произнести. Нет, я боялась не за себя, за него. Неизвестно, что Толе может прийти на ум, какую очередную театральную сцену он может устроить.

– А те птицы с оторванными головами в лесу, это твоя работа?

– Ахахахахаах, – Толя разразился диким смехом, запрокидывая голову. – Тебе тоже понравилось? Я знал, что ты оценишь. Нет, я сам им башку не отрывал, но я бы смог, ты же знаешь.

– Да, ты бы мог.

– Как символично, птица с оторванной головой, брызги алой крови на белоснежном снегу. Красиво, правда? Я не знаю, я еще не решил, оторву ли я голову своей Птичке? За то, что трахалась с другим мужиком! Раздвигала перед ним ноги, стонала и кричала, как последняя сука!

Резкая перемена настроения, вот только совсем недавно Толя смеялся, теперь же он орет, стучит руками по рулю, готовый его вырвать. Я вжимаю голову в плечи, сильнее укутываясь в шубу, зажмуриваю глаза.

Но дальше происходит то, чего я совершенно не ожидаю.

Его тяжелая ладонь накрывает мои волосы, нежно поглаживая, перебирая пряди. Он болен, он реально болен. Если мне не оторвут голову прямо сейчас, оросив моей кровью белый снег, как тем птицам, то это будет точно, но чуть позже.

Толя знает, что я была с Егором, нет смысла отпираться и выгораживать его. Боюсь открыть глаза, встретиться с бешеными глазами своего мужа."

"– Тебе интересно, что с ним?

Он убирает руку, машина набирает скорость.