И наконец, после месяца во Флориде, вернулся домой."
"Отец стоял на переходе. Ждал, когда же загорится зеленый, и что-то кричал маме, которая махала ему, стоя на лестнице дома. Эбель было пятнадцать. В руках она крепко сжимала игрушку, которую отец однажды привез из Китая, и длинное письмо с признанием в любви. Она писала их каждый раз, когда папа был в отъезде, в дни, когда начинала невыносимо по нему скучать. Папа бережно хранил все ее письма. Забирал с собой в командировки и, как он говорил, читал после тяжелого дня.
Они и сейчас были в его чемодане.
Отец стоял на переходе и подпирал его ногой. Газета в руках совсем размокла, но улыбка с лица так и не сошла. Наконец загорелся долгожданный зеленый. Отец, подняв чемодан, шагнул прямо в лужу. Так торопился к семье, что даже не посмотрел на дорогу. Видимо, как и водитель машины, которая появилась из-за угла.
Свист колес по асфальту. Крик мамы. И резкий удар. Чемодан отлетел в сторону, из портфеля посыпались бумаги.
В небе сверкнула молния. Загрохотал гром.
А сердце Эбель наливалось ненавистью к этому проклятому дождю.
По щеке Эбель скатилась слеза, и чья-то холодная рука нежно вытерла ее. Эбель распахнула глаза и отпрянула, ударившись головой о столик, на котором стоял патефон. Игла соскочила, музыка остановилась, на пол упала свеча, и растопленный воск разлился по полу.
— Прости! — вскрикнул бледный парень, испугавшись так же, как и Эбель.
Это был призрак. Он метнулся к шкафу и спрятался за ним.
— Ты кто? — ахнула Эбель.
— Я не хотел тебя пугать! — еле слышно произнес он.
— Ты не напугал. — Эбель потерла ушибленное место и, вернув иглу на место, вновь включила музыку. — Точнее, напугал, да, но не в том смысле, в котором ты думаешь.
— А в каком смысле я думаю? — Призрак выглянул из-за шкафа и поправил на переносице очки.
— Ну, призраков я не боюсь. — Эбель соскоблила ногтями с пола застывший воск. — А вот того, что меня трогают, пока я сплю, — да. Это стремно.
— Прости, — второй раз извинился парень.
— Так кто ты? Зачем пришел? Как нашел меня? — мазнула она его скучающим взглядом.
— Сразу скажу, что я не буду за тебя мстить, не буду отпевать твою душу, передавать послание родственникам и делать все остальное, о чем ты меня наверняка попросишь.
— Я Тимо. — Он полностью вышел из-за шкафа. — И я видел тебя на кладбище. Ты, кажется, меня тоже. Поэтому я и пошел за тобой. У меня такое, — он почесал затылок, — впервые. Не знал, что есть скуры, которые видят мертвых. Думал, ошибся.
